– Я такой же вор, как и ты, дружок. Разве что уровнем повыше.
Малец попытался встать, но Дервуш ткнул в него наконечником клюки.
– И че тебе надо? – резко спросил воришка, смерив его злым взглядом.
– Хочу поговорить.
– Да? – Парень потянулся за спину. – А вот так не хочешь…
Он попытался нащупать что-то у себя за поясом, но вдруг замер, побледнев.
– Не это ищешь? – Дервуш повертел на пальце небольшой тычковый ножик. Подбросив его в руке, он воткнул лезвие в землю рядом с собой. – Послушай, давай так: ты ответишь на пару моих вопросов, а потом я отдам тебе твою добычу и уйду. Идет?
Мальчонка облизнул пересохшие губы и коротко кивнул.
– Отлично. Я ищу кое-кого. Зовут Сеней, не местный, одет так же странно, как я. Чуть выше моего роста, светло-русый, глаза голубые. Ошивался здесь вчера днем. Возможно, расспрашивал твоих друзей о вашем короле. Не спеши. Подумай хорошенько.
Воришка помедлил с ответом, оглянулся на проход между стен, а затем сказал:
– Не знаю, твой ли это дружок, но… прошлым вечером в Нараке была потасовка с гвардейцами. Милашка-Сэл с приятелями лихо их уложила. Говорят, в замес попал один нагловатый чужак. Только не слышал, чем там кончилось. Сегодня его уже никто не видел.
Дервуш кивнул:
– Что такое «нарака»?
– Таверна. Тут недалеко. Матушка Радха держит.
– Ясно, разберусь, – Дервуш бросил парню кошелек и помог ему подняться на ноги. – Последний вопрос… К какому празднику все готовятся?
– А-а, – недовольно отмахнулся мальчуган, поправляя помятую рубаху. – Илийское княжество сдалось на милость нашему королю. Теперь он объявит себя императором, вот и пирует, гад. Собрал с горожан дань в целый обоз. Видел наверно…
– Угу, – кивнул Дервуш. – Ладно, приятель, бывай.
– Эй, постой! – окликнул его парень. – А браслет?
– Он у тебя на руке, дебил! – донеслось из прохода.
Воришка перевел глаза на запястье и с удивлением обнаружил на нем золотую цепочку. Когда же он вновь взглянул на проулок, там уже никого не было.
Влившись в оживленный поток горожан, Дервуш первым делом украл себе новую одежду. Мешковатая футболка и джинсы слишком контрастировали с классическими деревенскими нарядами.
Переодевшись в светло-серую курту простого покроя и темные свободные штаны, мальчишка поправил котелок на макушке и уверенным шагом двинулся вверх по улице, надеясь отыскать ту самую таверну, о которой говорил карманник.
Единственным похожим на пивнушку местом, оказался мрачноватый двухэтажный особняк с черной черепицей и зашторенными окнами. Закопченная вывеска на фронтоне изображала непонятный иероглиф и пару здоровенных кружек.
Массивная деревянная дверь была закрыта на три тяжелых замка. Рядом с входом стоял, шатаясь, небритый мужичок в разорванных штанах и потертой жилетке. В руках пьянчуга держал глиняную бутылку, еще одна, такая же, торчала у него из кармана.
Дервуш встал напротив, вальяжно оперся на трость и взглянул на здание.
– Седня закрыто, – беззубо буркнул мужичок, качнув головой. В сказанном звучала неподдельная печаль. – Хозяйка с дочерью уехали на праздник.
– Жаль, – вздохнул Дервуш.
– Угу, – с грустью отозвался пьяница и пригубил из бутылки.
Мальчишка оценил его с головы до пят, подумал немного и предложил без предисловий:
– Меняю трость на жилетку.
Пьянчуга гулко икнул, с удивлением осмотрел надетую на себя одежду, будто увидел ее в первый раз. Затем опять угукнул и размашисто кивнул.
Они обменялись вещами.
– Мужик, – позвал Дервуш, примеряя обновку, – а как на этот самый праздник попасть?
Пьянчуга допил остатки из бутылки, отшвырнул ее в сторону и ткнул клюкой в нужном направлении:
– Это тебе извозчика надо брать. Или коня. Туда пара часов дороги по тракту.
– Спасибо, – кивнул Дервуш и пошел по тротуару.
– А лучше езжай за обозом! – прикрикнул ему вслед мужичок. – Так точно не ошибешься!
Мальчишка замер, как вкопанный.
– Блин, ну конечно!
Он развернулся и побежал назад, к причалу.
День уже набирал обороты, белесое солнце скользило по золотистому небосводу, подбираясь к зениту. Каменные улицы вобрали в себя солнечное тепло и охотно делились этим жаром с редкими прохожими. Воздух над брусчаткой начинал плавиться. Но привыкший к пустынному климату Дервуш не замечал изменений погоды. Его куда больше беспокоила едва затянувшаяся рана.
Морщась от боли в подреберье, мальчишка остановился на пригорке, откуда прекрасно просматривалась прибрежная улица. Обоза с провизией на дороге не было.
Дервуш смачно выругался и уперся руками в колени, пытаясь отдышаться. Вдруг, где-то вдалеке послышалось надрывное лошадиное ржание. Мальчишка навострил уши и, недолго думая, рванул в ближайшую подворотню.
Виляя между корзинами с мусором и горами всевозможного барахла, Дервуш так разогнался, что не заметил, как стены домов расступились, выпуская его прямо на проезжую часть, где по воле случая задержался обоз с подарками королю Нагарджуне.