– А, Пола, привет, – вяло выговорила Патти.
– Как ночнушка? – поинтересовалась Пола со смутно намекающей улыбкой.
Патти попыталась улыбнуться в ответ:
– Очень милая. Правда, очень милая. Жаль, я сразу две не купила.
– Я же тебе говорила! А теперь уже поздно – разлетелись. Но через две недели у нас новый завоз, так что, если снова к нам заглянешь, может, присмотришь что симпатичное.
– Обязательно, – сказала Патти.
Она была в полном отчаянии. Вопрос Полы и последовавший за ним обмен репликами безжалостно напомнили ей о нынешней ее ситуации и том, что было прежде. Однако в голове у нее вдруг все озарилось ярким светом. До сей минуты она и не думала, что ночь черной сорочки и исчезновение Фрэнка на следующий день могут быть хоть как-то связаны.
Тут открывалось обширное поле для размышлений, но Патти даже не знала, в какую сторону начинать размышлять. Ей никогда прежде не приходилось думать на такие темы, и она не знала, как это делается. Знала лишь, что перед ней замаячила возможная связь, и если эта связь подтвердится, она, может быть, даже поймет что-то о причинах исчезновения Фрэнка. Однако Пола не предоставила ей никакой возможности подумать и продолжала весело трещать, пока Патти не пришла пора возвращаться в «Дамские коктейльные». И вот теперь перед ней расстилалась пылающая пустыня второй половины рабочего дня.
В начале четвертого Лиза заметила, что на периферии отдела дамских коктейльных платьев околачивается какой-то загорелый и обветренный мужчина. Она обратила на него особое внимание по трем самым веским причинам: во-первых, на этом этаже вообще крайне редко случалось увидеть мужчину (за исключением мистера Райдера), во-вторых, если уж там и случалось увидеть мужчину (и при этом не мистера Райдера), то он скорее напоминал типажом Руди, а не, в-третьих, одного из странных двуногих, которые попадаются близ отеля «Австралия» в неделю овечьей выставки. Может, спросить, что ему надо? – подумала она. Заблудился, наверное.
Фэй тоже как раз заметила странного посетителя.
– Ух ты, только посмотри, – полушепотом сказала она Лизе. – Далековато от дома забрался!
И обе захихикали, чем навлекли на себя внимание мисс Джейкобс.
– Вы там, – сказала она, – смеяться будете во внерабочие часы. В упор не вижу, что такого смешного происходит сейчас в отделе. Вам больше заняться нечем? Вон Патти в одиночку все по местам развешивает. Посмотрите-ка, не можете ли ей помочь, пока у нас тут выдалось несколько свободных минут.
Обе провинившиеся повиновались было, но тут к стойке подошла покупательница, и Фэй осталась, чтобы принять у нее деньги. Лиза шагнула к вешалке, куда Патти возвращала платья, которые были примерены и найдены очень легкими[56], но в это самое мгновение обветренный посетитель (изрядно заинтригованная, Лиза умудрилась не потерять его из виду) сам двинулся в их сторону. Похоже, он шел прямо к Лизе – вот странно! – наверное, ему все-таки требовалась помощь; возможно, хотел купить платье жене и нуждался в совете, но только теперь собрался с духом спросить. Когда Лиза дошла до кронштейна с платьями, Патти, стоявшая спиной и к Лизе, и к странному незнакомцу, начала оборачиваться.
Однако не успела совсем повернуться – она и правда была необычайно бледна, Лиза уже заметила, – как внезапно рухнула на пол с таким жутким грохотом, что Лиза испуганно дернулась.
– Ой! – закричала она. – Ей плохо!
Лизу затрясло. О, что же делать, что же делать? Патти лежала на полу, вся в черном, а сама бледная как полотно, и все коктейльные платья, которые были перекинуты у нее через руку, рассыпались вокруг, а что самое поразительное, тот странный мужчина так и стоял рядом столбом, в полном бездействии уставившись на Патти.
– Она в обмороке, – сказала ему Лиза. – Пойду позову на помощь.
– Знаю, – ответил тот. – Она моя жена.
Лиза уставилась на него. Силы небесные, да что происходит-то?
– Ладно, я позову мисс Джейкобс. Она наверняка знает, что делать.
И побежала за мисс Джейкобс.
– Миссис Уильямс упала в обморок, – доложила она.
Мисс Джейкобс воздела руки к небу.
– Беги, скажи мистеру Райдеру, – велела она. – Он позвонит, вызовет медсестру.
Сама мисс Джейкобс заторопилась посмотреть, что там с коллегой, и увидела странного посетителя.
– С вашего позволения, – промолвила она с изрядной долей сарказма и еще большей – достоинства, – мне надо помочь леди, которой стало нехорошо.
– Знаю, – повторил Фрэнк. – Она моя жена.
– Подумать только, – сказала мисс Джейкобс. – Что ж, повезло тогда, что вы тут. Даже если вам не следовало тут находиться. Кто-нибудь должен отвезти ее домой. Медсестру уже вызвали. Она не болела в последнее время?
– Не знаю, – ответил Фрэнк. – Я был в отлучке.
– Ах, вот как? – сказала мисс Джейкобс. – Ясно, ясно.
Она поджала губы.
Магда спикировала на место событий, точно орел на птичий двор; она видела большую часть произошедшего.
– У меня есть нюхательная соль! – вскричала она. – Нет средства вернее!
