– И это предсказания, разве нет? О том, что некий ребенок…
– Что за предсказание строит надежду на ребенке? Что за предсказатель такой глупец? Сучьи ведьмы из Ку? На мелочи, какой и десяти лет не прожить? Твой красавец-префект пришел из мест, где люди не перестают вести разговоры про волшебных детишек. Детей судьбы – им люди вверяют все свои чаяния. Все надежды на существо, что ковыряет пальцем в носу и ест то, что вытянет оттуда.
– И все ж в этом предсказании больше смысла, чем в той белиберде, о какой талдычите вы с рыбой, – сказал я. – В этот путь я пустился с вами потому, что считал, что он к чему-нибудь да приведет. Малец этот такое же веское свидетельство, что Фумангуру убил Король, как и царапина на заднице осла. Ты по-прежнему в груди у себя зажала – правду-то. Я знаю, Соголон, чего ты нагородила у меня на пути, чтоб найти было нельзя, в том числе и то, что ты была в доме Фумангуру и пыталась колдовством скрыть это. И искала ты способы самой найти мальца, чтоб не было у тебя нужды во мне. У тебя на это даже времени целая луна была, и все ж – вот они мы. Ты права: не Бунши твоя хозяйка. Только она не привыкла врать людям. Она едва умом не тронулась, когда я поймал ее на двусмысленности. В любом разе вот эта девочка, она кто? Ты проводишь ее в какие-то тайные двери, заставляешь ее играться в копья и ножички, а теперь она зовет себя воином? Не это ли еще один человек, что умрет под твоим присмотром? Я тоже вижу это, ведьма, и в этом тоже можешь винить Сангому. Мертвая, она сильнее, чем живая.
– Я говорю только правду.
– Значит, либо ты врунья, либо тебе наврали. Я вынюхал каждый твой шаг, Соголон. В ночь, когда Бунши рассказала мне, что Фумангуру был в контрах с собственными старейшинами, я отправился к одному старейшине. После я убил его, когда он попытался убить меня. Ему тоже хотелось разузнать про петиции. Он даже знал про омолузу. Твоя рыба поведала мне, что малец был сыном Фумангуру, но у того было шесть сыновей, ни один из которых не был мальцом. За день до нашей с тобой встречи мы с Леопардом следом за Барышником дошли до башни в Малакале, где тот содержал женщину, у которой внутри тела билась молния. Биби тоже там был и Нсака Не Вампи. Так что, либо ты бросала по своим следам орешки, чтоб их птички подбирали и следом шли, либо это лишь маскировало твою власть, и ты ничем не управляла.
– Думай, что говоришь. По-твоему, мне мужчина нужен? Мне ты нужен… ты так думаешь? Мне известны десять и еще девять дверей.
– А мальца ты все еще не смогла отыскать.
Мосси встал передо мной. Соголон уставилась на него, моргнула, потом улыбнулась.
– Какая от него польза, спросила ты меня, увидев Леопардова малого. Женщина вроде тебя хранит зерно и сжигает мякину, – сказал я.
– Так подавай мне мясо, а не жирок.
– Я тебе нужен. Не то ты избавилась бы от меня еще луну назад. Не только я тебе надобен, ты меня целую луну ждала. Потому что я могу найти этого мальца: дверь твоя всего лишь позволяла делать это быстрее.
– Он с тобой?
– Мосси сам по себе. Мы долгий путь прошли, Соголон. Дольше, чем мне хоть когда удалось бы на полуправде и вранье, только что-то в этой истории… нет, не то. Что-то в тебе и рыбе этой лепит эту историю на свой лад, до того бдительно следя, как каждый из нас ее понимает, что это сделалось единственной причиной, почему я пришел. Теперь это станет единственной причиной, почему я ухожу.
Я повернулся и пошел прочь. Мосси выждал секунду, глядя на Соголон, потом повернулся.
– Это как раз там. Прочтите. Все как раз там. Ныне вы ждете от меня, чтоб я вам все вместе свела, словно имя твое дитя.
– Будь же тогда матерью.
– Красавец-префект, прочтите ту строчку еще раз.
Мосси вновь достал из сумки бумаги.
–
– Пропустите это.
– Как пожелаете.
– Хватит.
Соголон смотрела на меня так, будто она только что все разъяснила. Я едва не кивнул, считая, что, должно быть, я дурак, раз по-прежнему не понимаю этого. С тем бы я и остался.
– Ваш мальчуган – предсказанный убийца, что погубит Короля? – выпалил Мосси прежде, чем я успел сказать то же самое. – Вы хотите, чтоб мы нашли мальчишку, кому какой-то идиот уготовил в судьбе самое поганое преступление, какое только совершить можно. Даже вот эта наша болтовня уже есть измена.
Он по-прежнему оставался верен своей службе, даже сейчас.
– Нет. До этого еще, по крайней мере, лет десять, если это правда. Плохой раб и дурная любовница? Зачем, по-вашему, он просит увезти его в Мверу, откуда ни один человек не возвращался живым? И в Го, какого никто из людей вообще не видел? Убийца королей означает убийцу порочной линии, какую отвергли боги, иначе зачем бы Король-Паук так сблизился бы с палачом богов? Малец не за тем тут, чтоб Короля убивать. Он и есть Король.
Мы с Мосси оба застыли в молчании, причем префект был поражен больше моего. Я обратился к Соголон:
