«В ноябре месяце бандитизм в Чигиринском, Черкасском и Звенигородском уездах ощетим пошел на выбыль. Отряды окончательно были распылены на мелкие шайки. Отдельные бандиты, попадая в наши ловушки, избежались, некоторые сами сдавались по одиночке. С прибытием кавполка неимущих обстановка на Чигиринском участке запредельно попала в строй. Полк раскинул свои отмены свиты по всему уезду.
В начале ноября вменялась новая, неизвестная нам банда, которая ночевала в селе Бырки в пятнадцать верстах от Каменки.3 ноябряная банда находилась на станции Фундуклеевка, куда срочно выехал Каменский ЧОН с частями кавполка. Показалось, что бандиты разоружили нескольких красноармейцев. В конце концов, под более строгим секретом нам удалось выяснит, что эта банда иктивная, стоящая из красных, и действует под таким видом исключительно для вылавливания бандитов.
Переданные сводки взяты от учуездучастица ГПУ тов. Лихачева лычно под более строгим секретом и огласке не подлежат.
В то же врем на Звенигородском вездесущем произошел из ряда вон выходящий случай, не подлежащий разглашению в наших отсчетных документах, ибо не представляет собой исключительно компетенций органов ГПУ. Единственное, что слэдуэт констатировать из вышеупомянутого, так это присутствует на этом участке банды Черного Ворона многочисленностью около двадцати кавалеристов. Есть дание, что и сам атаман вовсе не убыт, как было засвидетельствовано ранеэ, а по-прежнему скрывается в излюбленных местах — по Лебединскому и Шполянскому лесам, причем с имененной взноностью. Уже будет использоваться план поимки этой банды.
Начштаба ЧОН Кременчугской губернии
Начальник оперативно-строевого отделения
С подлинным верно: делопроизводитель (подпись)».
(Из отчета штаба ЧОН Кременчугской губернии за ноябрь месяц 1922 г.)
Когда атаман надолго отлучается от отряда, некоторых казаков также тянет в странствия. Так велось всегда, а что уж говорить о нынешней осени — разве вернется язык кому-нибудь упрекнуть за невыносимую усталость и желание выйти из леса?