Кроме одежды и обуви, мы взяли тогда десяток револьверов, а ружья спрятали в Чуте, потому что своих имели вдоволь. Из съестных припасов ничего путного нам не перепало, хотя я видел, как Ходя по дороге в лагерь все время что-то жевал — то ли какую-то шкуринку, то ли копченое свиное ухо.
А между тем уже готов был последний приказ Гамалия:
«Очень секретно. Персонально в руки.
Приказ № 10
Пробил время, когда вы должны доказать всю свою искренность в борьбе за свободу Украины. Помните, какая ответственность сейчас лежит на ваших плечах. В эти дни начинается общее движение. Между Польшей и Румынией подписан договор о его поддержке. На границах этих стран уже стоят, кроме наших, и чужеземные войска.
Наша армия переходит границу в ночь на 1 октября. Поэтому мы должны решить, начинать ли наше движение 29–30 сентября здесь, на месте или идти поддержать пограничную полосу, где развернутся судьбоносные события. Все главные решения мы примем на Высшем Атаманском Совете, который назначается на 28 сентября в г. Звенигородцы. Из-за границы на Раду прибудут знанные украинские проводники, в том числе генерал-хорунжий Гулый-Гуленко и заместитель начальника главного повстанческого штаба полковник Ступницкий. Сам Тютюнник не сможет прибыть, как планировалось ранее, поскольку будет заниматься организационными вопросами в пограничной полосе.
Командующий Черноморской повстанческой группой генштаба
Начальник штаба группы
22 Сентября 1922 года. Заполье».
А через неделю в Черный лес приехал Вьюрок и сказал, что пора отправляться на Звенигородку.
«В сэнтябре месяце бандитизм в Чигиринском, Елисаветградском, Звенигородском уездах, то есть в самом горячем очаге политического соединения, запредельно поутих. Наши органы на границах ставят это себя в заслуги, одинако ест подозрение, что затишье вызвано созданиями самих банд, которые резко именовали характер своих действий. Так, пример, банда Загороднего — Черного Ворона — Зализняка остановила пассажирский поезд Ростов — Киев, обезоружила, раздела 47 красноармейцев, возвращавшихся по демобилизации домой, одинако бандиты никого не застрелили, только избили до полусмерти двух красноармейцев, оказавших и одним сопротивление. Такое поведение «рыцарей леса» расцениваем как тактическую хитрость в преддверии оживления бандитизма.
Уполномоченный секретно-оперативного отдела
Верно: делопроизводитель
(из оперативной сводки Кременчугского отдела ГПУ за 28 сентября 1922 года.)
Метель приехал в сопровождении сотника Гордиенко и казака Середы, которых одолжил для охраны у атамана Февраля, приехал и сказал, что пора отправляться на Высший Атаманский Совет, то есть в Звенигородку; туда уже прибыли генерал-хорунжий Гулый-Гуленко, заместитель Тютюнника полковник Ступницкий и наш командующий группой Гамалий. А мы тут немного зашились, сказал Вьюга, так что должны спешить.