Ну хорошо, приятель, если на тебя даже мухи на садятся, то попробую занять их место. Думается мне, такую назойливую гадину ты еще не встречал на своём пути. Хочешь не хочешь, а смахнуть меня придётся.
Я подполз еще ближе. Пучок сосудов сузился до ширины моего тела. Я скатился на траву, у самых ног зверя. Открыл глаза, и жажда меня объяла с новой силой. Копыта лося утопали в огромной луже крови, простирающейся целым морем из самого сердца леса. Кровавые паутинки крошечных сосудов оплетали тонкие ноги лося до самых колен. Мне даже показалось, что животное находилось в некой ловушке, или капкане. Прекрасная шерсть оказалась сухой и чистой, без проплешин и какой-либо чужой крови. Совершенный зверь, лучший из своего вида.
Я вцепился пальцами в густую шерсть, под которой прятались рёбра зверя. Подтянулся, и сумел встать на ноги. Меня шатало, кружилась голова. Могучее тело зверя было с мой рост, а вот поднятая голова с огромными рогами возвышалась надо мной, и мне приходилось смотреть снизу-вверх. Я встал напротив головы, схватился пальцами за алый рог.
— Не хочешь замечать меня вовсе? — спросил я.
Как я и ожидал, мне никто не ответил.
— Тогда я зайду без стука! — крикнул я, прямо в свисающее лосиное ухо.
Я схватился обеими руками за рог, подпрыгнул и начал подтягиваться. Простейшее движение вызвало у меня не мало трудностей. Боль терзала руки и спину, мышцы во всём телом словно обожгло кипятком. Я замычал, закрыл глаза, но сумел еще подтянутся и закинуть правую ногу на длинную морду лося. Зверь всё также стоял столбом, не обращая на меня никакого внимания. Я еще раз подтянулся, и сумел усесться на морде лося как на седле велосипеда. Схватился руками за оба рога. Осталось дать газу, но не сейчас… потом…
А сейчас! Я откинулся и со всего маху вмазал своим лбом прямо в лоб лося.
Яркая вспышку в миг умерла в кромешной тьме. Все звуки утихли. Здесь не было ни криков, ни воплей. Здесь не было никакого рёва. Усталость, холод, жар и боль уплыли вглубь пустоты, оставив от меня человеческую оболочку, внутри которой — глубь космоса. Я стоял на полупрозрачном блюдце, окутанный беспроглядной тьмой. Я покружился вокруг себя, ища глазами зверя. Но передо мной предстал совсем иной зверь.
Там, на противоположной стороне полупрозрачного блюдца, плывущего по бесконечной пустоте, стояла девушка. Она была в замешательстве, нервно оглядывалась по сторонам. Мне показалось, что окружающая обстановка пугала её.
Я приблизился. Присмотрелся. Девушка мне показалась чертовски знакомой. Она посмотрела на меня. Её глаза скользнули от самого пола до моего лба. Я повторил её действия. Пухлая девчонка с медленно формирующимся пузом; как бы она уже не старалась — изнурительные тренировки в спортзале, и пусть даже она себя будет морить голодом — живот останется с ней до конца жизни. Приемлемая грудь, она всегда такая при таких габаритах. И вся эта красота была завёрнута в уродливый целлофан ожогов. Вся её кожа была один огромным розовым рубцом. Обожжённые губы уже никогда не сомкнуться, став неизгладимой частью носа и подбородка. Щёки стали продолжением оплавленных ушей. И её волосы… Редкие пряди чёрных волос распутанными нитями скатывались с плеч до грудей, лишённых сосков. Жуткие шрамы она получила не в пожаре… Что-то другое…
Я не могу вспомнить…
Над куском плоти, некогда бывшим носом, её глаза резко расширились. Прямо сказать вылупились, уставившись на моё лицо.
И я вдруг вспомнил…
— Ты⁉ — воскликнула девка.
Я шагнул к ней, но она вдруг отпрянула от меня.
— Это ты! — завопила она. — Но… но… как? Где мы?
— Где я могу найти тебя? — спросил я.
— Найти меня? — захохотала она. — Зачем?
Она вдруг поменялась в лице. Накинула строгие черты, остатки губы съёжились в злом оскале.
— Я уже вас нашла! — крикнула она и громко рассмеялась.
Интересно, она знает местные правила? Любопытство подтолкнуло меня к ней на встречу. Я уверенно зашагал, протягивая ей руку.
— Где я могу найти тебя? — настаивал я. — Зачем ты убиваешь людей в деревне?
Продолжая хихикать, эта дурочка трижды отпрыгнула от меня, словно играя на детской площадке. А когда я вновь шагнул к ней, она вдруг замерла. Её ладони легли на выпирающие бёдра и медленно поползли вверх по трудно улавливаемой талии до самых грудей.
— Нравится? — заигрывающее спросила она.
Не издав ни слова, я снова шагнул в её сторону.
— Какое странное место, — сказала она, — я тут другая, такая, какой я вижу себя во снах.
— Это не сон, — сказал я.
— Разве?
Она резко отпрыгнула назад и свалилась за край блюдца. Я дёрнулся вперёд, но в этом не было никакого смысла. Девушка из прошлой жизни покинула разум зверя, оставив меня с новым списком вопросов.
Тьма втянулась в точку яркого света, как моча в слив унитаза. Я ощутил боль, затем — своё тело. От лучей палящего солнца меня спасала огромная тень, накрывшая меня с головой.
— Червяк!
Меня затрясло. Голос Дрюни волнами накатывал на мой разум.
— Червяк! Ты живой?
— Живой… — прохрипел я.
