Напрасно он вспомнил моего брата. До этого я еще думал поладить по-хорошему, объяснить, что по справедливости награда за Рэя – наша, ведь Билли и Чарли струсили о нем сообщать. Хотел рассказать, как нас чуть не сбил на мосту поезд, рассказать про Майло и его свирепого – хоть и глупого – чудо-пса. И про пиявок. Воззвать к его чувству справедливости. Однако он приплел Дэнни, и вместо логичных доводов я, неожиданно для себя, выдал свой смертный приговор:
– Отсосешь, дешевка паршивая.
Ляпни я такое при других обстоятельствах, это вызвало бы только смех, но теперь…
У Туза от удивления открылся рот в форме аккуратненькой буквы «о».
Все прочие – по обе стороны болотца – просто остолбенели.
Потом Тедди радостно завопил:
– Ух, Горди, вот это я понимаю, сказал! Классно!
Я молча стоял, сам себе не веря. Так, наверное, чувствует себя актер на третьих ролях, когда второпях выскочил на сцену и брякнул реплику не из той пьесы. «Отсоси» – оскорбление столь же сильное, как гадость, сказанная в адрес родителей. Краешком глаза я видел, что Крис снял рюкзак и стал в нем рыться, хотя тогда не понял, чего ему вдруг приспичило.
– Ладно, – мягко сказал Туз, – берем их. Никого не портим, кроме Лашанса. Ему я руки переломаю.
Я окаменел. Такого страха, как там, на мосту, у меня сейчас не было, но только потому, наверное, что я его весь израсходовал. Туз говорил серьезно. Он именно собирался переломать мне руки.
Все они двинулись к нам. Джеки Маджет достал из кармана выкидной нож, в сероватом свете блеснули шесть дюймов стали. С двух сторон от меня Верн и Тедди заняли боевые стойки. Тедди – сосредоточенно, а Верн – с гримасой отчаяния.
Враги двигались на нас шеренгой, загребая ногами воду: из-за дождя болотце превратилось в глубокую лужу. Лежавшее у наших ног тело Рэя Брауэра наполовину затопило. Я тоже приготовился драться… и тут Крис выстрелил из отцовского пистолета.
Господи, какой же то был прекрасный звук.
Чарли подскочил. Туз, не сводивший с меня взгляда, дернулся и посмотрел на Криса. Рот у него опять превратился в букву «о».
Глаз Чемберс совершенно обалдел.
– Крис, это же отцовский, – сказал он. – Ох, и влетит тебе…
– Ерунда, тебе сейчас похуже придется, – ответил Крис. Лицо у него побелело, словно все краски ушли в глаза – они так и сверкали. – Горди правильно говорит: ты просто дешевка. Билли и Чарли сами решили отказаться, и ты это знаешь. Иначе мы не потопали бы в такую даль. А они растрепали остальным, чтобы Туз все за них решил. – Крис поднял голос до крика. –
– Послушай-ка, лучше положи ствол, пока ногу себе не прострелил. Оно того не стоит. – Туз опять двинулся вперед, улыбаясь своей ласковой улыбочкой. – Ты просто мелкий наглый засранец, недоделок, и ты у меня эту пушку сожрешь.
– Туз, если не остановишься, я выстрелю, Богом клянусь.
– Ну и ся-а-адешь, – протянул Туз, ничуть не испугавшись и все так же улыбаясь. Его друзья смотрели на него восхищенно-испуганно, как смотрели на Криса Верн, Тедди и я. Туз Мэррил был в нашей округе самым упертым, и я не верил, что Крис сумеет его остановить. А Туз не думал, что двенадцатилетний оболтус и вправду в него выстрелит. Хотя он, наверное, ошибался. Крис не отдал бы ему пистолет, скорее выстрелил бы. Те несколько секунд я боялся, что вот-вот случится беда, страшная. Может, даже убийство. И все ради награды за найденное тело погибшего мальчика.
Крис сочувственно спросил:
– Ну, куда тебе всадить, Туз? В руку или ногу? Не могу придумать, сам выбирай.
И Туз остановился.
Физиономия у него перекосилась, на ней мелькнул страх. И напугал его именно тон Криса, не слова. Крис всерьез сожалел, что скверное дело принимает еще более скверный оборот. Если он блефовал, то такого блефа я больше в жизни не видал. Товарищи Туза тоже поверили: лица у них были такие, словно им сунули гранату с оторванной чекой.
Постепенно Туз взял себя в руки. Принял обычное выражение лица, сжал губы и смотрел на Криса, как смотрят на человека, сделавшего серьезное деловое предложение: или сливаем предприятия, или тебе отстрелят яйца. Даже как-то выжидательно смотрел, почти с любопытством, страх его слегка отпустил. Видно, Туз сообразил, что шансы все же не в его пользу. Однако он был по-прежнему опасен, может, опаснее, чем обычно. Противники вплотную подошли к черте; такого рискованного балансирования я больше никогда не видел. Никто из них не блефовал, все было по-настоящему.
– Ладно, – тихонько сказал Туз. – Я отлично знаю, чем это для тебя кончится.
– Не знаешь, – ответил Крис.
– Уродец мелкий! – крикнул Глаз. – Мы тебя по земле размажем.
– Размечтался!
С каким-то невнятным злобным звуком Глаз шагнул вперед, и Крис выстрелил в лужу, в нескольких шагах от брата. Пуля взметнула фонтанчик воды. Глаз отскочил и выругался.
– И что дальше? – поинтересовался Туз.
– Дальше – вы все бегом по машинам и обратно в Касл-Рок. А потом – как хотите. Его вы не получите. – Мыском мокрого кеда Крис осторожно – можно сказать, почтительно – коснулся Рэя Брауэра. – Уяснили?
