Потом переломы зажили, синяки сошли, а Верн и Тедди от нас отдалились. Завели себе кучку поклонников и командовали ими. В основном то были мелкие засранцы-пятиклашки; Верн и Тедди таскали их в домик на дереве, помыкали ими и держались важно, словно немецкие генералы. Мы с Крисом бывали в домике все реже. Я как-то забрел туда на следующий год, весной, – там стоял запах пота и спермы. Больше я туда не ходил. Тедди и Верн стали для нас просто знакомыми. Мы виделись только на переменках, кивали друг другу: привет-привет! Что ж, так бывает. Друзья приходят в нашу жизнь и уходят – как официанты в ресторане. Когда я вспоминаю тот свой сон, о трупах, тянущих меня в глубину, я думаю, что оно и к лучшему. Некоторые люди идут ко дну, вот и все. Это плохо, несправедливо, но это так. Кто-то идет ко дну.
Верн Тессио погиб в шестьдесят шестом во время пожара. Пожар случился в Льюистоне, в неблагополучном районе – в Бронксе и Бруклине такие называются попросту трущобами. По сообщению пожарной службы, дом загорелся где-то около двух ночи, а к утру от него осталось пепелище. Вечером там веселилась пьяная компания, и кто-то уснул с непогашенной сигаретой. Может, даже как раз Верн. Уснул, думая о своей банке с медяками. И его, и остальных четверых опознавали по зубам.
Тедди погиб в совершенно дурацкой аварии. Как мы тогда говорили – «Когда ты один, ты герой – и срань, если кто-то с тобой». Тедди всегда хотел в армию, с тех пор, как вообще научился что-то хотеть. Служить в ВВС его не взяли – признали полностью негодным для военной службы. Всякий, кто его хоть раз видел – в очках и со слуховым аппаратом, – ничего другого и не ждал бы – всякий, но не Тедди. В старшем классе его даже отстранили на три дня от занятий за то, что он обозвал инструктора по профориентации лживым говнюком. Тот предложил ему подумать о другой карьере, не военной, – и Тедди сорвался. За неуспеваемость и частые пропуски занятий его оставили на второй год, и все же школу он окончил. Обзавелся древним «шевроле» и болтался по тем же местам, где раньше Туз и Пушок и их дружки: бильярдная, танцзал, таверна «У Сьюки», который теперь закрыт, и «Пьяный тигр», который до сих пор не закрыли. Департамент трудоустройства иногда подкидывал ему работу – латать выбоины в асфальте.
Авария случилась в Харлоу. В машину набилось полно приятелей Тедди (двое были из той самой компании, которой они с Верном обзавелись летом шестидесятого года). По кругу пустили несколько косячков и бутылок водки. Машина сшибла столб и шесть раз перевернулась. Одна девушка, можно сказать, выжила. Полгода пролежала на «овощном складе» (так в главной больнице штата Мэн зовется отделение для коматозников), а потом какая-то добрая душа отключила наконец ее аппарат искусственного дыхания. А Тедди Дюшамп заработал посмертно звание Первого засранца года.
Крис еще в восьмом классе записался на подготовку к колледжу. Мы с ним оба понимали: отложи он это дело хоть ненадолго – не догонит. Все кругом нудели, что Крис только зря время тратит, – родители, считавшие, что он просто решил выпендриться, приятели, которые от него отвернулись – «маменькин сынок!». Инструктор по профориентации не верил в способности Криса, а большинству учителей не нравилось, что вот такое – прическа «под Элвиса», косуха и черные сапоги – неожиданно нарисовалось у них в классе. Ни сапоги, ни косуха с многочисленными молниями никак не сочетались в их глазах со столь высокими предметами, как алгебра, латынь или география; подобный прикид был годен скорее для ремесленного направления. И сидел Крис среди чистеньких и веселых мальчиков и девочек из благополучных семей, словно сказочное мрачное чудище – вот-вот встрепенется, зарычит и сожрет этих аккуратистов в ботиночках, скромных воротничках и нарядных рубашечках.
В первый год Крис несколько раз чуть не бросил учебу. Особенно доставал его папаша: кричал, что он возомнил себя умнее родного отца, что все его затеи с колледжем только семью разоряют. А однажды разбил об его голову бутылку, и Крис опять попал в приемный покой травматологии, где ему наложили четыре шва. Бывшие друзья, которые выбрали другое направление подготовки – а именно покуривать в туалете, – свистели ему вслед. Инструктор по профориентации уговаривал Криса посещать
