Семеро человек у фальшборта, среди которых выделялась шкафоподобная лысая женщина с пухлыми губами и шрамом через щеку, выхватили оружие и направили его на пришельцев, но не спешили атаковать, явно шокированные способом их появления. Тем временем остальные матросы — человек пятнадцать — замерли на месте, прекратив заниматься своими делами.
— Ублюдки сухопутные, мой корабль! — раздался противный и громкий голос мужчины лет тридцати пяти, стоящего рядом с рулевым.
Одет он был, как самый обычный капитан, как их себе представлял Зефир: черная треуголка и такие же штаны с ремнем, белая рубашка, сапоги на ногах и сабля на поясе с позолоченной гардой.
— Вы заплатите! — проговорил мужчина и потянулся к поясу.
Выглядел он, кстати, тоже колоритно: черная курчавая борода и усы, длинные засаленные и немного волнистые волосы, нос с горбинкой и очень злые глаза.
Зефир же, не оборачиваясь, просто указал пальцем назад, — и, словно отвечая на этот жест, оттуда раздался громкий треск. В следующий миг, прошивая дерево насквозь, трехметровый гарпун вылетел из надстройки, продырявив дверь, и, захватив с собой одного из застывших матросов, унес его куда-то с палубы.
— Мой корабль! — вновь завопил своим неприятным голосом капитан. — Чего вы встали, будто беременные каракатицы⁈ Полный вперед!
Команда, к которой он обращался, очнулась и засуетилась. И вскоре на мачте был раскрыт дополнительный парус, а судно существенно прибавило в скорости, наконец-то отрываясь от чудовища.
Парни стояли смирно и ничего не предпринимали, просто осматриваясь по сторонам. Провоцировать этих козлов и устраивать рубку на посудине, которой они не умели управлять, особенно когда за тобой гонится озабоченная гигантская улитка, было идиотской затеей. Напротив них замерли семеро членов команды корабля с обнаженным оружием во главе с лысой и крупной женщиной, которые тоже не шелохнулись, опасаясь гостей.
Минут через пять отрыв от гиганта уже был столь велик, что тот потерял интерес к преследованию и, развернувшись, пополз обратно. Или, возможно, действие того сиреневого дыма подошло к концу. Тут, к сожалению, уверенности никакой у Зефира не было.
Капитан это тоже заметил, и, когда опасность миновала, спустился по лестнице с надстройки и, позвав с собой часть матросов, встал впереди той семерки воинов, обнажив саблю.
— Вы повредили мой корабль и к тому же находитесь здесь без моего разрешения, — процедил он злым голосом.
Говор у него, к слову, был несколько странный. Но, учитывая, что эти люди, скорее всего, были из центральных земель, ничего удивительного в этом не было.
Зефир пристально осмотрел направивших на них оружие людей. Обычные матросы стояли на уровне примерно двух улучшенных оснований. Губастая шкафоподобная женщина ощущался чуть сильнее, а вот с капитаном были какие-то непонятки: чувство опасности почему-то определяло его, то на уровне адепта, то резко скакало вверх.
С чем это было связано, командир не знал, но решил поберечь себя и друзей и попытаться уладить дело миром. Да и, в общем-то, причин сражаться с этими людьми у Зефира не было, пусть те и были отъявленными козлами, решившими позлорадствовать над чужой бедой.
— Сколько стоит нанять корабль до Соленграда? — спросил он.
— Хотите нанять нас до Моревии? — удивился черноволосый капитан, выбитый из колеи спокойствием нежелательных попутчиков и их предложением.
— Да, — спокойно кивнул Зефир, — так сколько?
Собеседник задумчиво провёл рукой по бороде, а затем его лицо исказилось злобой, и он проговорил:
— Все ваши вещи и жалкие жизни… Парни, мочи их!
Судя по всему, экипаж ожидал этой команды, так как сразу же бросился на товарищей. Однако против них были не обычные люди, а юноши, прошедшие первую эволюцию, поэтому неожиданностью это не стало.
Леопольд выхватил шестопер и, пользуясь преимуществом в силе и скорости, начал крушить черепа направо и налево, которые разлетались, словно гнилая капуста.
В это же время Брут сразу же переместился на мачту, с которой наблюдал за происходящим, а командир, располовинив двух матросов одним слитным движением меча, бросился к капитану, ускорившись до предела.
Бородатая физиономия мужчины приобрела испуганное выражение — он абсолютно не поспевал за парнем. Но когда Зефир подскочил к нему и зарядил пощечину по лицу, испуг в его глазах моментально сменился злорадством.
Юноша, заподозривший неладное, не успел остановить движение и мощь ладони обрушилась на рожу капитана. Вот только через мгновение раздался громкий звук разбившегося стекла, а рука, соприкоснувшись с кожей, не нанесла никакого урона мужику.
Более того, Зефир ощутил, как в его собственную щеку врезался по меньшей мере метровый каменный булыжник! Голову сотрясло от колоссального по силе удара, в то время как он, сшибая матросов и утаскивая их за собой, отлетел к стене надстройки и впечатался в нее под треск дерева.
