Немцев и квакеров также объединяло сильное неприятие рабства - позиция, которая отличала Средние земли от Новых Нидерландов, Тидевотера и глубокого Юга. Будучи семейными фермерами, немцы не испытывали особой нужды в рабах, но их антипатия, похоже, была обусловлена и культурными ценностями. Небольшие группы немцев также селились на Глубоком Юге (в таких местах, как Нью-Берн, Северная Каролина, и Нью-Браунфельс, Техас), но уровень рабовладения там был заметно ниже, чем у их англо- и франко-американских соседей, которые также были мелкими фермерами. Действительно, первый официальный протест против рабства в Северной Америке был сформулирован немецкими квакерами в Джермантауне, штат Пенсильвания. "Мы будем поступать со всеми людьми так же, как поступаем с собой", - заявили протестующие в 1712 году, - "не делая различия в роде, происхождении или цвете кожи". Многие состоятельные квакеры, в том числе и Пенн, приехали в Пенсильванию с рабами, но уже через десять лет друзья стали советовать друг другу, что рабовладение нарушает Золотое правило. В 1712 году законодательное собрание, возглавляемое квакерами, даже ввело запретительную пошлину на ввоз рабов, но она была отменена королевским судом. В 1773 году при поддержке Германии квакеры вновь попытались подавить рабство, но корона наложила на это вето. К тому времени большинство квакерских рабовладельцев освободили своих рабов, а некоторые также попытались выплатить им компенсацию за их прошлый труд. Это была моральная позиция, которая впоследствии приведет к тому, что мидлендцы встанут на сторону Янкидома против амбиций своих соседей на юге. 9
Ранняя Пенсильвания была экономически успешной, но ее правительство, управляемое квакерами, было полной катастрофой.
Идеалы квакеров оказались в противоречии с успешным управлением. Веря в то, что все люди являются последователями Христа и врожденно добры, квакеры полагали, что граждане могут управлять собой с помощью простой самодисциплины и применения Золотого правила. Это оказалось не так, поскольку квакеры по своей природе также были склонны бросать вызов авторитетам и условностям на каждом шагу. Лидеры общины ссорились друг с другом по вопросам доктрины, а правительство впало в ступор, не сумев вести публичные записи или принимать законы, необходимые для функционирования судебной системы. Совет управляющих не мог проводить регулярные заседания, а за первое десятилетие колония сменила шесть губернаторов. Голландцы, шведы и финны из "нижних графств" настолько отчаялись в правильном управлении, что откололись, чтобы создать свое собственное, основав в 1704 году крошечную колонию Делавэр. "Прошу прекратить эти паскудные ссоры, которые разгораются к позору провинции", - писал Пенн из Лондона. "Все хорошее говорят о Пенсильвании, но мало хорошего о ее жителях. Эти препирательства удерживают сотни [поселенцев], 10 000 фунтов стерлингов уходят с моего пути и 100 000 фунтов стерлингов уходят из страны". В отчаянии Пенн назначил управлять городом нескольких чужаков: пуританина-янки (Джона Блэкуэлла), успешного англиканского торговца из Бостона (Эдварда Шиппена) и высокомерного английского джентльмена (Дэвида Ллойда). Никому из них не удалось заставить квакерских лидеров взять на себя ответственность за созданную ими общину. Квакеры Филадельфии предпочитали сосредоточиться на своих Внутренних огнях, а не заниматься мирскими обязанностями по управлению колонией. 10
Ожидания квакеров, что иммигранты из других культур примут мировоззрение Друзей, также оказались необоснованными. В то время как немцы не доставляли особых хлопот, с 1717 года в филадельфийские доки начала прибывать новая группа колонистов, чьи ценности резко противоречили всему тому, чем дорожили квакеры. Это был воинственный народ из кровавых пограничных земель Британии, презирающий индейцев, готовый прибегнуть к насилию для решения проблем и приверженный кальвинистской вере, которая считала, что люди по своей природе порочны. Бежав из своих захудалых родных мест в Шотландии и Ольстере, эти пограничники хлынули в Пенсильванию в ошеломляющем количестве: к 1775 году их насчитывалось более 100 000 человек. Подавляющее большинство отправилось прямо на холмистую границу в центральной части Пенсильвании и вскоре устремилось вниз по хребту Аппалачских гор, основав мощную региональную культуру. Но хотя они и выделялись из Мидленда как культурная нация, десятки тысяч жителей Пограничья жили в пределах произвольного прямоугольника территории, называемого Пенсильванией. Именно они станут причиной гибели квакерского контроля над этой колонией. "Похоже, что Ирландия собирается отправить всех своих жителей сюда", - сообщал обеспокоенный колониальный чиновник. "Все опасаются, что если они и дальше будут приезжать, то сделают себя владельцами провинции" 11.