Я тут же написал сообщения Леону и близнецам, требуя сию минуту собраться, чтобы поделиться новостью и узнать, куда зачислили их. Оливер опасливо уточнил, дома ли Габриэлла, потому что он не готов к ещё одному масштабному чаепитию в окружении игрушек. Одна из кукол даже несколько раз снилась ему в кошмарах. Я эмоционально заверил его, что сестра уехала гулять с гувернанткой и их не будет несколько часов, а мы пока можем посидеть на заднем дворе, на облюбованном мной местечке под раскидистым деревом. Леон рассказал, что уже был в гостях, когда Габриэлла пускала мыльные пузыри, и она никак ему не мешала, так что Оливеру не стоит волноваться, но я на всякий случай ещё раз повторил, что сестры не будет дома.
По такому случаю Оливия предложила устроить маленький пикник. Наверное, никогда в жизни мы так быстро не собирались. Через двадцать минут, несясь на всех парах, они приехали. Ларс любезно дожидался близнецов в салоне машины со включённым кондиционером, пока Сильвия не пригласила его в домик для прислуги, заманив лимонадом со льдом и свежеприготовленным печеньем.
Оливия тут же взяла организацию пикника в свои руки: в тени постелили мягкий плед, на пластиковых праздничных тарелочках появились яркие канапе и фруктовая нарезка, а у каждого в руке оказался высокий стакан с холодным соком.
– Патриций Дома Соларус, – подняв за встречу стакан с яблочным соком, поделился я.
– Патриций Соларуса, – держа стакан с апельсиновым соком, с улыбкой проговорил Леон и продемонстрировал аккуратно сложенный конверт из Академии.
– МЫ ИЗ СОЛАРУСА! – прокричал Оливер на весь двор, размахивая позолоченным листком и обрызгивая нас вишнёвым соком. – НАШ ДОМ СОЛАРУС!
– Я патрицианка Дома Венериан. – Отставив стакан с простой водой, Оливия показала письмо светло-голубого цвета.
– Мы не в одном Доме? – не на шутку удивился я.
Взяв её письмо, – от бумаги исходил слабый аромат сладкого цветочного парфюма, я прочёл:
И ниже приписка:
– Последняя строчка из поэмы Лукреция, – уточнила Оливия. – Это Дом Дев. Он только для девушек.
– Ужас! – комично скривился Оливер, после чего застыл, схватившись за сердце и уткнувшись лбом в моё плечо.
– Вообще-то это очень престижный Дом, – цокнула языком Оливия, высоко задрав нос. – Там училась императрица Северина Бёрко, а ещё наша мама, Альба Брум, и твоя мама, Готье.
– Моя?
– Да. Они втроём были близкими подругами. У них даже есть общие фотографии во время учёбы в Академии, вокруг них одни патрицианки.
– Я не видел этих фотографий, – честно признался я.
Моя мама, Грэйс Хитклиф, и моя настоящая мама, Северина Бёрко, были подругами в юности. Почему я никогда прежде об этом не задумывался?
– Хочешь, я принесу фотографии в следующий раз?
Я кивнул, и Оливия мягко улыбнулась в ответ, совсем как Леон. Возможно, мы начали перенимать мимику и жесты друг друга из-за того, что часто виделись.
Оливер окинул нас всех внимательным взглядом и задумчиво проговорил:
– Мы сидим точно так же, как когда праздновали защиту проекта по французской революции. Только не хватает вина и Скэриэла.
Мы согласились, но не стали продолжать тему. Скорее всего, каждый задавался вопросом, получил ли Скэриэл письмо с приглашением. Никто не решался озвучить это вслух. День обещал быть хорошим, а уходить в уныние не было никакого желания.
После того как смущённая Лора принесла сэндвичи с ветчиной, все плотно перекусили. Оливия сидела, поджав под себя ноги, а Оливер удобно улёгся на её колени. Убрав еду в сторону, Леон и я легли по другую сторону пледа, наслаждаясь прекрасной погодой и компанией.
– Какие Дома ещё есть? – спросил я, наблюдая за птицей, что свила гнездо в кронах дерева.
– Тебе Гедеон вообще ничего не рассказывает? – уточнил Оливер, лениво поедая кусочки банана на шпажке.
– Я считаю, что мы сейчас с ним заключили негласное перемирие.
– Перемирие? – повернувшись, Леон удивлённо выгнул бровь.
– Я не достаю его вопросами, а он не лезет ко мне. Идеальные братские отношения.
– Завидую, – протянул Оливер, когда Оливия легла рядом. – Мы с отцом на грани войны. Любой мой шаг может спровоцировать его. – Оливер доел банан и теперь размахивал шпажкой, словно мечом. Леон взял пустую шпажку с тарелки, и они лёжа устроили дуэль, размахивая шпажками и крича на французском: «En garde!».
Оливия прикрыла лицо широкополой шляпкой, которую привезла с собой.
– Всего в Академии пять Домов: Соларус, Марсен, Меркуро, Венериан и Плуто, – ответила она. – Первые три смешанные, а вот Венериан только для девушек, в то время, как Плуто только для парней. И я удивлена, что Оливер не хотел попасть в Плуто.
– Отец учился в Соларусе, – пробубнил Оливер, – поэтому я очень хотел туда.
