Голос звучит почти невинно. В конце концов, надо быть слепым идиотом, чтобы не заметить: ещё немного – и в квартире станет слишком тесно и жарко, особенно если Кристина продолжит прижиматься к Кириллу так, будто готова передать ему огонь через кожу. А Кирилл будто считает своим долгом сидеть рядом и караулить его состояние. Но соглашается:
– Давай список, ты наверняка уже успел его составить. И не переживай, я буду аккуратен в твоём царстве порядка. Ты только скажи, дверь выбивать или сжигать?
– На ней печать, откроешь уж как-нибудь.
– Ладно, только дождусь, что скажет Сюзанна.
– Тем более я обещала ей помочь, – тихо произносит Кристина и, видимо, заметив удивление на их лицах, поясняет: – В конце концов, я тоже милин. И кое-что понимаю в заговорах и ритуалах.
Николай останавливается на пороге гостиной. Кирилл усаживается прямо на пол у стены, Кристина проходит к Сюзанне и опускается напротив неё перед низким столиком.
На тонком покрывале шафранового цвета разложены перья, сушёные цветы и несколько мисок. Потрескивают травы над огоньком свечи. Шторы плотно закрыты. Сейчас нет места городу, его ярким фонарям или назойливому шуму. Только лёгкая магия ветра, тонкая и невесомая, сплетённая из касаний птичьих перьев и незримых тропинок. В комнате едва-едва ощущается чистота свежего ветерка, напоённого дурманящими и пряными травами со склонов гор.
В простом льняном платье и с распущенными волосами Сюзанна похожа на волшебницу древних времён. Ведьму, заклинающую воздух.
Она молча протягивает Кристине небольшой тамбурин. Мелодичный перезвон наполняет комнату, подчиняясь мелким и чётким движениям женских рук, поднимается к потолку, рассыпается, как горсть медных монет.
Им обеим сейчас не нужны ни слова, ни жесты для понимания друг друга. Под ритм тамбурина воздух легко отзывается, вьётся мелкими завихрениями, колышет ткань платья.
Сюзанна крошит в пустую глиняную миску сухоцветы, связывает перья, неторопливо, одно за другим, негромко напевает себе под нос.
Николаю кажется, что время и пространство будто смазываются. В темноте комнаты не видно ничего другого, только высвечены две женские фигуры, которые соединяют свою магию: юркую, ласковую. И вместо гостиной Сюзанны – будто простор полей под прозрачным рассветом и подсвеченный огнём узор заклинания.
Воздух есть везде, а ветерку нужна лишь маленькая щёлка, чтобы занырнуть в самые потаённые места.
Сюзанна берёт ковшик с молоком и тонкой струйкой наливает в глиняную миску, закручивает водоворотом, перемешивает с тёмными и высушенными цветами. Кристина убыстряет ритм.
Воздух любит музыку – так порой шепчут. И помогает найти потерянное.
Молоко смешивается с алой кровью, когда Сюзанна колет палец заострённым кончиком пера. И тут же поджигает пламенем свечи, нашёптывая что-то.
В комнате резко поднимается ветер, дёргает шторы, продувает до костей. Резче звучит тамбурин, пламя свечи дёргается и гаснет. Кажется, падает горшок с подоконника, разбиваясь на осколки.
Сюзанна резко поднимается и подходит к Кириллу, который тут же вскакивает ей навстречу. Николай замечает, что её глаза закрыты, а пальцы перебирают в воздухе, пока не прикасаются к месту, куда входила тень.
– Я его не вижу, – глухо произносит Сюзанна. – Он заперт. Туда ветру не войти. Но его следы рядом. Стёрты. Скрыты. И ему… тяжело. Тяжело дышать.
Она судорожно втягивает воздух и едва не падает на пол. Кирилл подхватывает её, вопросительно глядя на Кристину. Ветер тут же стихает, умолкает тамбурин.
– Всё в порядке. Она предупреждала, что потом будет спать.
– Я отнесу её в спальню. Значит, искать надо всё-таки около ближайшей печати.
Кирилл с Кристиной уехали некоторое время назад, убедившись, что Сюзанна спокойно спит, а Николай не собирается снова рухнуть в горячечный бред. Лекарства Марка хорошо помогают против отравления тенями. Но боль время от времени кусает, вгрызается мелкими зубками, заставляет вздрагивать.
Под шуршащий и мерный шум дождя по окнам Николай заваривает кофе покрепче, с бадьяном и щепоткой чёрного перца.
Всё слишком странно.
Похищения обернулись смертью двух студентов из трёх. И жуткими пытками Анны. Пусть Яков сколько угодно недолюбливает Службу, но её показания нужны стражам. Впрочем, всё-таки Яков благоразумен и препятствовать не должен. Придётся, скорее всего, вылезти из уютной квартиры Сюзанны и отправиться в клуб Сары. Кто-то просил о встрече, а она звучала достаточно испуганно по телефону.
Ещё покоя не даёт та лаборатория незадачливого мага крови. Может, тоже ниточка в пустоту, но почему бы не проверить?
Захватив кружку с кофе, Николай идёт к столу, садится на плетёный стул и открывает рабочую почту – спасибо Кириллу, который догадался прихватить из Службы его ноутбук. Сводки прорывов, отчёты о типах теней, протоколы патрулей.
Писем о погибших нет.
Николай сам не замечает, как тянется к пачке сигарет между мисками с орешками и леденцами и закуривает от крохотного огонька на кончике указательного пальца. Огонь оживает в венах – уже хорошо. А вот магия земли едва отзывается.
В дверь яростно звонят.
