— Снимать штаны и… — Марэк толкнул грима в бок так, что он упал. — Сам! — закричал он. — Туши себя сам!
Грим, будто поняв его, стал валяться на земле, сбивая огонь. Я посмотрел вверх.
Птицы были уже над нами. Они кружили над ущельем, очевидно приноравливаясь, чтобы попасть.
Свист, и мимо меня пролетела стрела, пущенная нашей эльфийкой. Я не успел даже заметить, куда она попала, но одна из птиц заорала так, что я схватился за уши.
— Вниз!
Я инстинктивно пригнулся и метнулся в сторону, и тут же у меня над головой пролетела молния и ударила по камню, который за секунду оплавился.
— Да что б вы передохли! — Мне показалось, что внутри меня самого запылало пламя. — Долбаные курицы!
Я быстро выхватил стрелу и, толком не целясь, запустил её наугад, куда-то вверх.
В небе полыхнуло так, будто я швырнул в стаю буфлингов, или как их там назвал Марэк, как минимум ФАБом. Грохот взрыва слился с многоголосым птичьим воплем, а когда всё стихло, над нами было пустое синее небо, с которого, как маленькие парашюты, спускались несколько перьев.
Но радоваться победе было некогда. В проходе, из которого мы пришли, послышался свист, и появились наги. Не узнать их было невозможно — длинные змеиные тела, человеческий корпус, змееподобные дреды вместо волос, крупные мускулистые руки, в каждой из которых было по острому кинжалу.
— Уходите! — закричала блондинка.
Я тут же повернул голову на неё и оторопел, на миг забыв о нагах. Не было больше никакой фэнтези-эльфийки! Рядом со мной стояло покрытое чешуёй чудовище — что-то между хищником и маленькой Годзиллой с безумно смотрящимися на морде лиловыми глазами. Чудовище зарычало, оскалив зубы, и бросилось вперёд, уворачиваясь от полетевших в него нескольких кинжалов.
Навряд ли поменявшей так кардинально облик «эльфике» требовалась помощь, но я всё же потянулся за стрелой и понял, ухватив пальцами пустоту, что они закончились.
— Ты что замер?! — тут же завопил Марэк. — Это не тотализатор, ставки делать. Валим отсюда! Живо!
— А как же… — попытался я возразить.
— Она сама справится!
На этот раз я не стал пререкаться. Помочь я всё равно ничем не мог, да и походу не нужно было — годзиллоподобный хищник с рёвом налетел на нагов и стал рвать их зубами и когтями, а удары их кинжалов не причиняли особого вреда его броне. Единственное, что меня ещё останавливало — нагов было пятеро, а может и ещё больше, и те, кто пока не вступил в бой, кружились в отдалении, размахивая какими-то длинными хлыстами с крюками.
— Это хульдра! — Марэк подскочил ко мне и дёрнул за руку. — В своей истинной форме они к оружию неуязвимы! А если её наги всё-таки на клочья порвут, нам даже лучше — не потащит тебя против воли к карателям. И мне глотку не перережет…
Последний аргумент показался мне самым весомым. И ещё поскуливающий, тычущий носом в спину грим.
— Валим, только его с собой возьмём, чтобы эти твари не покоцали.
Марэк закатил глаза, но кивнул, очевидно решив, что грим меньшее зло по сравнению с хульдрой.
— Давай за нами! — Я потрепал пса по рогатой голове. — Не отставай!
Марэк, даже не превращаясь в пантеру, помчался вперёд по ущелью так, что я едва за ним поспевал. Грим выбрал позицию замыкающего, периодически поворачиваясь и глухо ворча.
Бежали мы достаточно долго, и даже я, привыкший к марафонам, чувствовал, что силы на пределе. Но Марэк не сбавлял скорость. Это его и подвело…
То, что я и, судя по всему Марэк, принял за гранитный валун с бордовыми разводами, оказался скорпией. Неуловимое движение, и из вдруг возникшего перед глазами шипа вылетела игла и вонзилась Марэку в шею. Он на миг замер и тут же, как подкошенный, рухнул.
Грим заскулил, подскочил к нему и стал облизывать лицо. Я тоже подбежал к Марэку, но с другой целью — быстро выхватил у него из ножен меч, каким-то чудом сам увернулся от полетевшей в меня иглы, подскочил к скорпии и со всей дури вонзил в неё клинок.
Даже не знаю, что меня спасло. Скорее всего, эта гадина так охерела от моей буйной отваги, что не успела ни швырнуть ещё одну иглу, ни вцепиться клешнями, которые я у неё даже не заметил, пока бежал, ни смыться. Она просто безмолвно растеклась, превратившись в сгусток жижи, от которой я, опасаясь, что может быть ядовита, предпочёл ретироваться, успев только выхватить меч, который тут же обтёр о клочок жёсткой травы.
Когда я снова подошёл к Марэку, он не шевелился. И после того, как я кое-как разглядел и вытащил из него жало, обернув пальцы полой рубахи, тоже. Что делать с ним дальше, я не знал. Аптечки с собой не было, возможности кого-то позвать на помощь — тоже. Единственное, в чём я был уверен, Марэк был ещё жив. Пульс прощупать я не смог, но грудь, хоть и слабо, всё-таки вздымалась от дыхания.
Тогда я достал у него из кармана зуб дракона, чтобы ненароком не вывалился и очнувшийся Марэк потом не бился в истерике, повесил себе на шею. Взвалил Марэка на плечо и потащил следом за гримом, которому скомандовал: «Домой». Глупо конечно, но других вариантов у меня не было, потому что небо затянули тучи, и я понятия не имел, где должен быть закат.