Не дача, не коттедж, не вилла, не шале — средней величины замок за забором из стальных трехметровых пик, воткнутых в железобетонный фундамент, кованые ворота с проходной, у дубовых дверей проходной кнопка звонка. Смирнов нажал на кнопку. Звонка не было слышно, но через мгновение негромкий радиоголос спросил из малозаметной решетки в стене проходной:
— Кто вы?
— Смирнов, Александр Иванович Смирнов. Мы договаривались с Александром Петровичем.
— Въезжайте, — так же тихо разрешил голос, и кованые ворота беззвучно разъехались в стороны.
Александр Петрович встретил у лестницы парадного входа. Он стоял и ждал, когда Смирнов с Сырцовым выберутся из «Нивы» и подойдут. Рядом на всякий случай стояли, воинственно держа ноги на ширине плеч, двое молодцов в коже.
Успев на ходу оценить обстановку, подошел Смирнов, протянул руку для рукопожатия, ненавязчиво полюбопытствовал:
— Нас у крыльца встречаешь, а кого у ворот?
— У ворот пока никого не встречал…
— Но надеешься встретить, — докончил за него фразу Смирнов и познакомил: — Георгий Сырцов — Александр Петрович Воробьев.
Богатырей в коже Смирнов не заметил. Богатыри остались внизу, а трое поднялись по лестнице.
В каминной за карточным столом сидела еще одна троица.
— Александр Иванович Смирнов — мои друзья. — Мстя за богатырей, Александр Петрович представил только одного Смирнова. — Братцы, у меня с Александром Ивановичем разговор минут на пятнадцать, мы сейчас в кабинет. Вернемся — я всех конкретизирую.
— Конкретизирую, конкретизирую, — бормотал, удивляясь воробьевским лингвистическим изыскам, Смирнов, по винтовой лестнице следуя за хозяином (Сырцов — за ними). Вошли все трое в кабинет, и Смирнов наконец понял, что скребет в словечке «конкретизирую»: — Почти кастрирую. «Я вас всех кастрирую!» Александр Петрович, а что если их всех, действительно, кастрировать?
— Не будем утруждать себя, — подыгрывая Смирнову, ответил хозяин, усаживаясь за ампирный красного дерева письменный стол. — Их образ жизни и время уже поработали за нас: они все импотенты.
— А ты, Петрович? — бестактно полюбопытствовал Смирнов, усаживаясь в опять же красного дерева короб полукресла.
— А я — нет, — без обиды откликнулся Александр Петрович. — Насколько я понимаю, исследование моих половых потенций — не главная цель вашего визита?
— Не главная, но одна из главных. — Условно согласился с ним Смирнов и, как бы только-только заметив, что Сырцов стоит, подчеркнуто удивился:
— А ты, Жора, почему стоишь? Садись, в ногах правды нет.
— Но нет ее и выше, — цитатно добавил Александр Петрович и поинтересовался, наблюдая, как садится на диван Сырцов: — Выходит, и вы, Александр Иванович, теперь при охране?
— Жора — не охрана. Жора — друг и соратник. — Намеренно серьезно сказал Смирнов. — И у нас с ним к тебе дела.
Александр Петрович с ласковой улыбкой следил за тем, как Смирнов достал портсигар, достал зажигалку, извлек папиросу и закурил. Спросил:
— Надеюсь, вы писать меня не собираетесь?
— Не собираюсь. — Смирнов затянулся из беломорины ядовитым дымом, получил удовольствие и заговорил: — Говорят, ты своих ховринских к делу приспособил, детективное агентство открыл, и все бывшие рэкетиры — ныне добропорядочные сторожа правопорядка. Говорят, а?
— Говорят, — согласился Александр Петрович.
— А на самом деле?
— И на самом деле.
— Тогда у нас к тебе деловое предложение. Нам нужны человек пять, умеющих, я подчеркиваю, — умеющих — вести круглосуточную слежку.
— Это дорого, Александр Иванович.
— А ты расстарайся бесплатно, как в прошлый раз.
— В прошлый раз я был в деле. Нынче же, я думаю, вы меня в дело не возьмете. Так что бесплатно не получится.
— Ты бы в это дело и не вошел бы, — решил за него Смирнов. — Ну, раз не бесплатно — заплачу.
— Разбогатели?
— Нет. Просто на этот раз мою работу финансируют. Так как же?
— Пятеро… — Александр Петрович ненадолго замолк, скользя мысленным взором по шеренге своей старой гвардии. — Пятерых, пожалуй, найду. Впрочем, конкретно будете договариваться с главой агентства Николаем Сергеевым. — Не откладывая дело в долгий ящик, Воробьев из ближнего ящика (выдвинул из тумбы письменного стола) взял визитную карточку и протянул Смирнову: — По этому телефону вы можете беспокоить его круглосуточно. Я предупрежу.
— Коляша… — радуясь успехам старого знакомого, душевно приговаривал Смирнов. — Англичанин. Растут же люди!
— Он же и счет выпишет, — добавил Воробьев. — Чтобы все по закону.
— Оплатим, — беспечно согласился на все Смирнов. — И еще. По поводу сугубо приватной экипировки — моей и моих друзей. Возможности имеются?
Александр Петрович молчал, глядя в сторону Сырцова, в сторону. Но мимо. Тот понял взгляд и поднялся с дивана.
— Где мне пока побыть?
— Направо, через дверь, комната с телевизором, — направил его Александр Петрович и, дождавшись сырцовского ухода, укорил: — Что ж вы так?
— А как? — искренно удивился Смирнов.
— О таких вещах я позволяю себе говорить только один на один и то с надежным клиентом. Что надо?
— В запас троечку пистолетов.
