– Благовоспитанное? – повторила леди Лидиард, как будто это выражение было совершенно непонятно для нее. – Вероятно, вам мало случалось иметь дела с собаками, сударыня. – Она повернулась к Изабелле и нежно поцеловала ее. – Поцелуй меня, дорогая, ты не знаешь, как я была несчастна с тех пор, как ты меня оставила. – Она опят взглянула на мисс Пинк. – Вы, может быть, не знаете, сударыня, как привязана моя собака к вашей племяннице. Многие из великих людей (имена которых я не могу припомнить в настоящую минуту) говорят, что любовь собаки есть самая трогательная и бескорыстная из земных привязанностей. – Обратясь в другую сторону, она увидела юриста. – Как поживаете, мистер Трой? Приятная неожиданность встретить вас здесь. Дом мой стал так мрачен без Изабеллы, что я решительно не могла противиться желанию поскорее увидеть ее. Когда вы больше привыкнете к Томми, мисс Пинк, вы поймете и полюбите его. Ты понимаешь и любишь его, дитя мое, не правда ли? Ты выглядишь не совсем хорошо. Я возьму тебя с собою, как только лошади отдохнут. Мы никогда не будем счастливы друг без друга.
Окончив свои приветствия, выразив свои чувства и защитив свою собаку – по обыкновению все за раз, не переводя духа, леди Лидиард села около Изабеллы и раскрыла большой зеленый веер, висевший у нее да цепочке у пояса.
– Вы не можете себе представить, мисс Пинк, как толстые люди страдают в жаркую погоду, – проговорила леди Лидиард, усердно махая своим веером.
Мисс Пинк скромно опустила глаза в землю.
«Толстый», можно ли употреблять такое грубое выражение и вообще прилично ли знатной даме говорит об избытке мяса на своих костях!
– Не могу ли я предложить вам что-нибудь, – жеманно спросила мисс Пинк, – не угодно ли вам чаю?
Леди Лидиард покачала головой.
– Стакан воды?
Леди Лидиард отвергла последнее гостеприимное предложение восклицанием, выразившим отвращение.
– Нет ли у вас пива? – спросила она.
– Прошу простить меня, миледи, – сказала мисс Пинк, сомневаясь в верности показания собственных ушей. – Вы сказали – пива?
Леди Лидиард порывисто замахала своим веером.
– Да, точно так! Пива! Пива!
Мисс Пинк встала, слегка поморщившись, и позвонила.
– Я думаю, Сусана, у вас есть пиво внизу? – сказала она, когда девушка появилась в дверях.
– Есть, мисс.
– Принесите стакан для леди Лидиард, – сказала мисс Пинк, продолжая внутренне протестовать.
– Принесите пиво в кувшине, – закричала леди Лидиард, когда служанка уже скрылась за дверью. – Я люблю сама вспенить его, – продолжала она, обращаясь к мисс Пинк. – Иногда Изабелла наливала мне, когда была дома, не правда ли, друг мой?
Мисс Пинк выжидала случая заявить свои права на племянницу, после того как леди Лидиард выразила намерение взять Изабеллу с собою. Случай этот теперь представился.
– Простите меня, миледи, – сказала она, – если я замечу, что дом моей племянницы находится под моею скромною кровлей. Я надеюсь, что умею должным образом оценить вашу доброту к Изабелле, но пока она будет предметом оскорбительного недоразумения, она останется у меня.
Леди Лидиард сердито захлопнула свой веер.
– Вы совершенно ошибаетесь, мисс Пинк. Вы, без сомнения, сами того не желая, выражаетесь в высшей степени несправедливо, говоря, что ваша племянница служит предметом подозрения для меня или для кого бы то ни было в моем доме.
Мистер Трой, слушавший до того времени спокойно, теперь вмешался чтобы прекратить спор, прежде чем он мог перейти в личную ссору. Его тонкая наблюдательность и близкое знакомство с характером своего клиента вполне открывали ему, что происходило в уме леди Лидиард. Войдя в дом, она чувствовала (может быть, бессознательно) ревность к мисс Пинк, наследовавшей после нее расположение Изабеллы и естественной покровительнице девушки в настоящих обстоятельствах. Вдобавок к этому, прием, оказанный мисс Пинк ее собаке, рассердил старую леди. Она находила злобное удовольствие оскорблять щепетильное чувство приличия бывшей школьной учительницы и теперь была готова на новые крайности по деликатному вопросу, касательно права Изабеллы оставить дом тетки. Не говоря уже о других причинах, ради самой Изабеллы было чрезвычайно желательно поддержать мирные отношения между обеими дамами. Имея в виду эту добрую цель, мистер Трой воспользовался случаем в первый раз вмешаться в разговор.
– Простите меня, леди Лидиард, – сказал он, – вы касаетесь предмета, который был уже достаточно обсужден между мисс Пинк и мною. Мне кажется, лучше нам не останавливаться бесплодно на событиях прошлого и обратить наше внимание на будущее. Мы все одинаково уверены в безупречном поведении мисс Изабеллы и одинаково интересуемся восстановлением ее доброго имени.
Могли ли эти примирительные слова сами по себе достичь предположенной цели, в этом можно сомневаться. Но когда он умолк явилось могущественное вспомогательное средство в образе пива. Леди Лидиард схватила кувшин и нетвердою рукой наполнила кружку. Мисс Пинк, дрожа за чистоту своего ковра и возмущенная видом графини, пьющей пиво, как прачка, позабыла резкий ответ, бывший у нее на губах, пока говорил юрист.