– Молодо! – сказала леди Лидиард, ставя пустую кружку и относя это восклицание к качеству пива. – Но очень вкусно и прохладительно. Как зовут вашу служанку? Сусана? Вот что, Сусана, я умирала от жажды, вы спасли мне жизнь. Оставьте кувшин, я надеюсь опорожнить его, прежде чем уйду.
Мистер Трой, наблюдавший лицо мисс Пинк, увидел, что настало время снова переменить предмет разговора.
– Заметили вы, миледи, старую деревню по дороге сюда? – спросил он. – Художники находят ее одним из живописнейших мест во всей Англии.
– Я заметила, что это очень грязная деревушка, – отвечала леди Лидиард, все еще склонная быть неприятною мисс Пинк. – Художники могут говорить что угодно, я не вижу чем можно восхищаться в гнилых избушках, дурном дренаже и невежественном народе. Кажется, окрестности имеют некоторые достоинства. На мой взгляд, они скучны.
Изабелла до сих пор ограничивалась старанием, чтобы Томми спокойно сидел на ее коленях. Подобно мистеру Трою, она случайно взглянула на тетку и сочла своим долгом в отношении мисс Пинк сделать попытку защитить окрестности.
– О миледи! Не говорите, что окрестности скучны, – сказала она умоляющим голосом. – Кругом везде такие прекрасные места для прогулок. А когда взойдешь на холм, оттуда открывается превосходный вид.
Ответ леди Лидиард, выразивший добродушное презрение, был совершенством в своем роде. Она потрепала Изабеллу по щеке и проговорила только: «Ну-ну!»
– Миледи не восхищается красотами природы, – заметила мисс Пинк с сострадательною улыбкой. – С летами, без сомнения, зрение начинает слабеть…
– И перестаешь лицемерно восхищаться красотами природы, – добавила леди Лидиард. – Я ненавижу деревню. Мне нужен Лондон и удовольствия общества.
– Отдайте же справедливость и деревне, леди Лидиард, – вставил примирительно мистер Трой. – Вне Лондона также можно найти немало общества, и самого лучшего общества.
– Такого, например, – добавила мисс Пинк, – какое можно встретить в нашем соседстве. Миледи, по-видимому, неизвестно что нас со всех сторон окружают поместья значительных лиц. В числе других могу указать, например, на досточтимого мистера Гардимана…
Леди Лидиард наливавшая себе другую кружку пива внезапно опустила кувшин.
– О ком вы говорите, мисс Пинк?
– Я говорю о вашем соседе, леди Лидиард, досточтимом мистере Гардимане.
– Вы хотите сказать об Алфреде Гардимане, который промышляет лошадьми?
– Об известном джентльмене, владельце знаменитого конского завода, – сказала мисс Пинк, поправляя неучтиво прямую форму, в какой леди Лидиард предложила свой вопрос.
– Бывает он здесь у кого-нибудь? – просила леди Лидиард со внезапным видом тревоги. – Вы знакомы с ним?
– Я имела честь быть представлена мистеру Гардиману на последней нашей цветочной выставке, – ответила мисс Пинк. – До сих пор он еще не почтил меня своим посещением.
Тревога леди Лидиард, по-видимому, несколько уменьшилась.
– Я знала, что завод мистера Гардимана находится в здешнем графстве, – сказала она, – но я не имела понятия, что он в соседстве Соут-Мордена. Как далеко до него, десять или двенадцать миль, а?
– Не больше трех миль, – ответила мисс Пинк. – Мы считаем его нашим близким соседом.
Тревога леди Лидиард возобновилась. Она повернулась и пристально взглянула на Изабеллу. Голова девушки была так низко наклонена над головой собаки, что лица ее почти не было видно. Насколько можно было видеть, она, казалось, совершенно поглощена была нежным вниманием к Томми. Леди Лидиард вывела ее из этого состояния, слегка ударив своим зеленым веером.
– Изабелла, возьми Томми побегать в сад, – сказала она. – Ему наскучило сидеть смирно, и он может надоесть мисс Пинк. Мистер Трой, не будете ли вы так добры, помочь Изабелле управиться с моей дурно воспитанною собакой?
Мистер Трой встал и не совсем охотно вышел вслед и Изабеллой из комнаты. «Они теперь наверно перессорятся до смерти», – подумал он, затворяя дверь.
– Не знаете ли вы, что это значит? – сказал он своей спутнице, присоединяясь к ней при выходе из передней. – Чем мистер Гардиман мог возбудить такой интерес к себе?
Предательский румянец покрыл лицо Изабеллы. Она очень хорошо знала, что нескрываемое восхищение ею со стороны Гардимана было причиной расспросов леди Лидиард. Если б она сказала ему правду, мистер Трой, без сомнения, вернулся бы в гостиную, все равно, найдя для этого достаточный предлог или нет. Но Изабелла была женщина, и нет надобности говорить, что ответ ее был:
– Право, не знаю.
Тем временем свидание с глазу на глаз между оставшимися дамами началась таким образом, что могло бы удивить мистера Троя – обе они молчали. Первый раз в жизни леди Лидиард обдумывала то, что имела намерение оказать, прежде чем действительно сказать это. Мисс Пинк со своей стороны естественно ожидала услышать, что имела сказать леди Лидиард, ожидала до тех пор, пока небольшой запас ее терпения не истощился. Побуждаемая непреодолимым любопытством она заговорила первая.
– Вы желаете сказать мне что-нибудь без свидетелей? – спросила она.