Бертан таинственно погрозил мне пальцем:
— А вооот! У Краста Фалео есть два сына и дочь. Сам Краст уже немного в маразме. Сыновья — неплохие парни, я их с детства знаю, но они тугодумы оба и абсолютно без амбиций. А дочка — огонь. Характер — на десяток мужиков. Умная, упрямая, — Бертан загадочно улыбнулся. — Красивая… Она уже сейчас всем кланом заправляет. И неплохо.
— И?
— Мы вместе уже полгода. Весной я стану отцом. Так что воевать мы точно не будем.
— Вот не зарекайся!
— Я же сказал: «Если приложить усилия». А я приложу.
Сказано было с такой уверенностью, что и усомниться — грех.
— Я очень за тебя рада. Правда. Так что, если отец на тебя взбесится, позови меня на помощь, я тебя спасу.
Бертан приложил руку к груди и склонил голову:
— Катя, вот ты одна меня всегда понимаешь! Если бы ты знала, как я тебе благодарен! И как же я тебя…
— Я знаю. Я что, слепая, по-твоему?.. И не стоит по пьяному делу посвящать всё мироздание в наши с тобой секреты.
— Ты права, — кивнул он и схватился за голову. — Ох, ну и набрался же я…
— Если вы полгода вместе, как же никто до сих пор не в курсе?
— Действуем проверенным методом. Днём оба занимаемся обычными делами. Текучка, проблемы, всё, как всегда. А ночью порознь прилетаем в наше убежище. Всё очень таинственно, мило и романтично…
Я встала, подошла к нему, поцеловала в лоб. Он закрыл глаза.
— Ты обязательно будешь счастлив, я уверена.
— Да. Буду, — решительно согласился Бертан.
Вошёл Лерка.
— Бертан, твои домой собираются. Давай, я тебе помогу.
— Помоги, — кивнул Бертан.
Лерка вытащил отяжелевшего Бертана из кресла, дал ему повиснуть на себе и повёл его вниз.
Я выключила торшер, постояла у широкого окна, глядя в ночную темноту. Теперь, когда рядом никого не было, снова дал о себе знать осиновый кол между лопаток. Он заворочался со скрипом, щедро раздавая вибрацию.
«Катюша, мы тут проголодались, аж сил нету терпеть!»
«Бегу, Олежка!»
Я действительно побежала. Я знала, что как только увижу Олега и дочку, осиновый кол отступится, затихнет, хотя бы на время.
Олег носил Марьяшку по комнате, прижав к себе и слегка покачивая. Дочка сердито вскрикивала.
— Да, да, злые… Злые родители… Морят голодом свою кнопочку… — покаянно шептал Олег.
Я улеглась поудобнее, и он подал мне Марьяшку.
Я кормила дочку, а Олег сидел рядом и с улыбкой смотрел на нас.
Теперь я любила это больше всего на свете. Как бы я ни устала, что бы ни случилось до, что бы мы ни ожидали после. В такие минуты вся наша жизнь была в этой кнопочке. Она сужалась на время до размеров этого тёплого чмокающего комочка.
Олег был мне не просто помощником. Он меня научил всему от и до, и пока не убедился, что я делаю всё правильно и не впадаю в ступор от внезапных проблем, три недели круглосуточно сидел дома с нами. Потом я всё-таки выпихнула его на работу — отсыпаться, а сама вполне сносно справлялась днём одна. Но если Олег был дома, а в доме ничего не горело, то кормили ребёнка мы всегда вместе.
Когда Марьяшка наелась, Олег опять забрал её себе и стал медленно носить по комнате.
— Нет, теперь сразу не уснёт, — сказала я, увидев, как Марьяшка с любопытством глазеет по сторонам. — Большая стала, не нагулялась ещё.
— Всё правильно, — кивнул Олег. — Всё у нас так, как и должно быть. Не уснёт, значит, будем гулять… Ты устала от гостей?
— Нет, как ни странно. Наоборот, расслабилась. Я за тебя боюсь. Ты всё утро готовил, а теперь тебе всё убирать, и ещё ночь впереди.
— Лерка остался на ночь, поможет с уборкой.
— А мне интересно, кто-нибудь подумал запереть беседку?
— Это вряд ли, — вздохнул Олег. — Ну, что ж, погуляйте тогда. Пойду, всё проверю и запру.
Олег передал мне дочку и быстро ушёл.
Марьяшка таращила глазёнки и вертела головой, тянула ручку к моим волосам. Перехватив дочку поудобнее, я пошла в кухню, но остановилась, едва переступив её порог: у окна, опираясь на подоконник, стоял Валерий и смотрел на меня с улыбкой.
— Привет!
Это уже не был усталый и измождённый узник рассекающего кольца. Он был спокоен, уверен в себе и выглядел, как фотомодель.
— Ты зачем здесь?
— Просто повидаться. Давно тебя не видел.
— Неужели не видел? Да я твой чёртов датчик спинным мозгом чувствую! Ты, наверное, мироздание совсем запустил, всё время сюда глазеешь.
— Ну, это не то, — покачал головой Валерий. — Ты сама знаешь, чем это отличается от живого контакта.
— Я знаю, да! Но мне наплевать! Я тебя спросила, зачем пришёл?
— Я хотел тебя увидеть, с днём рождения поздравить. И с дочкой твоей познакомиться, — он опять улыбнулся.
— Ты увидел. И будем считать, что поздравил. Теперь уходи.
Валерий погрустнел:
— Я же только что пришёл. Хочу поговорить…
— Я тебе сказала: уходи! — слова вырвались с такой злостью, что я сама себе удивилась и испугалась.
Марьяшка забеспокоилась, засучила ножками, захныкала.
— Катюша, что с тобой? — огорчился Валерий. — Я же просто навестить…
— Не надо меня навещать! — прошипела я ему. — Я не хочу тебя видеть!
— Катя, что я тебе плохого сделал?
— А что ты мне хорошего сделал? За последнее время? Смотрел на меня?! И как, понравилось?
