Дети крови и костей полностью

Я вспоминаю слова своей вдохновляющей речи, молясь, чтобы они оказались правдой. Боги не могут бросить нас сейчас, не могут подвести. Но мы приближаемся к храму, а я все еще не чувствую пульсирующего в венах тепла. Еще немного, и мне не удастся больше прятаться в тумане. Я окажусь у всех на виду.

– Как получилось, – шепчу я, когда контуры храма вырисовываются из тумана, – что в Лагосе ты обратилась ко мне?

Амари оборачивается, и ее янтарный взгляд загорается в молочной пелене.

– Из-за Бинты, – тихо отвечает она. – У нее тоже были серебряные глаза.

Ее ответ убеждает меня, что все произошедшее – часть божественного плана. Нас вели к этому тайными, скрытыми путями. Неважно, чем закончится день, мы исполняем волю богов. Но какова их цель, если моя магия исчезла?

Я открываю рот, чтобы ответить, но останавливаюсь, ощущая в воздухе некую энергию. Из-за нее идти становится тяжелее, каждый шаг дается с трудом.

– Вы чувствуете? – шепчет Тзайн.

– Трудно не заметить такое.

– Что происходит? – вмешивается Роэн.

– Это может быть только…

Храм.

Невозможно описать словами величие представшей пред нами пирамиды. Она возвышается в небо, каждая ступень высечена из настоящего золота. Как и в Шандомбле, стены покрыты знаками сенбарии, являющими волю богов. Символы светятся, даже находясь в тени.

Теперь, когда мы здесь, начнется настоящая битва.

– Реэма, – приказывает Роэн, – отправляйся со своей командой на край южного берега. Устройте суматоху на пляже и спрячьтесь в тумане. Следуйте за Ашей, чтобы выбраться.

Реэма кивает, надевая шлем, так что видны остаются только светло-карие глаза. Она ударяет кулаком о кулак Роэна, а затем уводит пару мужчин и женщин за собой.

– Что нам теперь делать? – спрашиваю я.

– Ждать, – отвечает Роэн. – Они отвлекут внимание стражи, и мы проскользнем в храм.

Минуты тянутся как часы, превращаются в вечность. С каждой новой секундой во мне растет чувство вины. Что, если их поймали? Что, если они умрут? Я не хочу, чтобы ради меня вновь гибли люди.

Не хочу новой крови на своих руках.

Вдалеке клубится облако черного дыма. Прикрытие Реэмы. Оно поднимается высоко в небо. Спустя мгновение в воздухе разносится звук трубы. Стражники выбегают из храма, спеша к южному берегу. Их так много, что я понимаю, как ошибалась насчет истинных размеров святилища.

Когда поток солдат иссякает, Роэн ведет нас за собой, проходя сквозь загустевший воздух. Мы поднимаемся по золотым ступеням так быстро, как можем, не останавливаясь, пока не достигаем первого этажа и не входим в храм.

Стены отделаны мозаикой из ярких самоцветов, выполненной с невероятным мастерством. На золотом покрытии топазами и сапфирами выложено потрясающей красоты изображение Йемойи. Богиня продумана до деталей, мерцающие бриллианты украшают каждый ее ноготок. Сквозь хрустальный потолок я вижу все здание – десять этажей храма, посвященного богам.

– Ребята… – Амари приближается к лестнице в центре зала, уводящей под землю, и солнечный камень загорается у нее в руке.

Это здесь… Я сжимаю кулаки.

– Ты готова? – спрашивает Амари.

Нет. Это написано у меня на лице. Но она подталкивает меня, и я делаю первый шаг вниз по холодной лестнице.

Спускаясь по узкому проходу, я вспоминаю о Шандомбле. Как и там, сужающуюся дорожку освещают только факелы, мерцающие на стенах. Думаю о времени, когда у нас еще оставался шанс. Тогда у меня была магия.

Касаюсь руками стен, вознося богам безмолвную молитву. Пожалуйста, если вы можете помочь, сделайте это сейчас. Жду отклика, пока мы спускаемся вниз. По спине струится пот, хотя в воздухе холодно. Прошу, Небесная Мать, снова молю я. Исправь это сейчас, если можешь.

Жду ответа во взгляде ее серебряных глаз, хочу ощутить, как ее грозовая энергия отдается в моих костях. Но не могу сосредоточиться на молитве – величие ритуального зала вызывает внутри странный трепет.

Одиннадцать золотых статуй поддерживают огромный купол, возвышаясь над нами, подобно горам хребта Оласимбо. Боги и богини вырезаны из драгоценного металла с невероятным мастерством. Ничего не упущено – от морщинок на коже Небесной Матери до ее локонов, каждый из которых неповторим.

Взгляд каждого божества устремлен на луч десятиконечной звезды из драгоценного камня, сияющей у них под ногами. Рядом с каждым лучом – колонна, покрытая знаками сенбарии.

В центре звезды – золотое возвышение. На нем вырезан круг – гладкий, повторяющий очертания солнечного камня.

– О боги, – выдыхает Кеньон, когда мы идем сквозь густой воздух.

И он прав – боги повсюду.

Кажется, будто мы ступаем по небу.

С каждым шагом чувствую себя все сильнее и защищеннее от присутствия всевышних.

– Ты справишься. – Амари протягивает мне пергамент и солнечный камень.

Она берет у Тзайна костяной кинжал и опускает его мне за пояс.

Я киваю и беру две реликвии.

Ты сможешь, повторяю себе. Просто попробуй.

Иду вперед, чтобы завершить наше путешествие, как вдруг вдалеке возникает фигура.