В дни затворничества к царской наложнице было запрещено входить. Ли Цзэ и царского евнуха этот запрет не касался, но Янь Гун никогда больше не входил в покои Хуанфэй без Ли Цзэ. Конечно, этот змеиный демон помог ему с Юань-эром, но суеверия и страхи евнуха никуда не делись: Су Илань он откровенно боялся, а уж если угораздит увидеть демона в змеином обличье – так до икоты! Ли Цзэ над ним только посмеивался, а Янь Гун после каждого визита к царской наложнице чайниками поглощал успокаивающие травяные чаи.
Су Илань не обращала внимания на других, центром ее вселенной был Ли Цзэ. Она ревностно оберегала свое право проводить с Ли Цзэ время наедине. Греться она предпочитала все так же за пазухой Ли Цзэ, хоть жаровня в покоях Хуанфэй всегда была раскалена докрасна, и их обоих это устраивало.
Они вообще редко расставались: Су Илань пряталась у Ли Цзэ под одеждой, когда тот занимался государственными делами, и несильно кусала его, если ей что-то не нравилось или казалось подозрительным. У белых змей остро развита интуиция, и Ли Цзэ принимал блестящие решения, поражая царедворцев своей мудростью.
– У царя мудрость змеи, – рассыпались в похвалах министры.
Ли Цзэ только усмехался. Знали бы они, как близки к истине!
Сам Ли Цзэ мужал год от года, дарованная Небесами сила только прибывала. Ли Цзэ как-то упросил Су Илань побороться с ним, чтобы размяться. Су Илань неохотно согласилась, но, как подумалось Ли Цзэ, поддавалась и не боролась в полную силу: просто бодала Ли Цзэ то в плечо, то в грудь и с необыкновенным проворством избегала захватов.
– Я не хочу тебя сломать, – ответила Су Илань, когда Ли Цзэ спросил, почему так. – Вот был бы позор для белой змеи – лечить человека, которого сама же и зашибла.
– Так уж и зашибла? – невольно засмеялся Ли Цзэ.
Су Илань вместо ответа так боднула его, что Ли Цзэ прочертил сапогами в земле две глубокие борозды, прежде чем остановил голову белой змеи, обхватив ее руками. Правда, он и сам сражался не в полную силу: захват скорее походил на объятья.
Ли Цзэ вздохнул и сказал:
– Нет, у нас бы не вышло сражаться по-настоящему. Разве мог бы я тебя ударить?
– Вот же глупый человек, – удивилась Су Илань, превращаясь в человека. – А если бы я тебя съела?
– Ты людей не ешь, – возразил Ли Цзэ. – Нет, чтобы размяться, придется дождаться появления какого-нибудь демона или нового нашествия.
Су Илань поспешно накрыла ему губы обеими ладонями:
– Не произноси такого вслух. Высказанные неосторожно пожелания иногда сбываются, словно их кто-то подслушивает.
Но, как выяснилось, Су Илань опоздала.
– Ну надо же, – сказала Су Илань язвительно, поглядев на возникшего в дверях евнуха, – неужто настолько важное донесение, что позабыл свои страхи?
– Илань, – укоризненно тронул ее за руку Ли Цзэ.
Су Илань только фыркнула и, демонстративно превращаясь в змею, заползла к Ли Цзэ за пазуху. Но Янь Гун в этот раз не подскочил на месте, не покрылся пятнами и даже за амулетами под воротник не полез. Су Илань подметила, что евнух необыкновенно бледен и прижимает к себе два бамбуковых свитка, от которых пахло пылью, потом и, пожалуй, кровью. Видно, донесения прибыли издалека.
– Что такое, Гунгун? – спросил Ли Цзэ, поднимаясь с кровати и приводя одежду в порядок.
На лицо его набежала краска и схлынула. Если бы Янь Гун ворвался в покои Хуанфэй чуть позже, он застал бы их за куда более интимным занятием, чем объятия.
– Донесения, – сказал Янь Гун, на вытянутых руках протягивая оба свитка царю. – Одно с Восточной Заставы бывшего царства Цюэ, другое из Дальних Земель. На Дальние Земли напали соседи, увели лошадей и женщин, сожгли дома. Варвары Диких Земель просят помощи, чтобы отправиться в Дальние Земли и отбить пленных. Границы Цюэ нарушили разведотряды царства Гу. Сторожевые отряды Цюэ понесли большие потери.
– Но ведь с царством Гу у нас заключен мир, – поразился Ли Цзэ. – Почему они его нарушили?
– Династия сменилась, – сказал Янь Гун. – Наши шпионы доложили еще в прошлом месяце, что царь Гу был убит сводным братом его дяди по материнской линии. Царство Гу переименовано в царство Сы. И начать свое царствование новый правитель решил с завоевания соседнего царства. Царство Сы претендует на восемь восточных провинций, что составляет треть царства Цюй.
– Дай палец – всю руку откусят, – прошелестела Су Илань из-за пазухи Ли Цзэ.
Ли Цзэ нахмурился и, скрестив руки на груди, прошелся туда-сюда, размышляя о донесениях. Оба донесения были равны по важности. Дальние Земли и царство Гу были стратегически важными территориями царства Ли, ни одной из них нельзя было лишаться: Дальние Земли были форпостом, защищавшим Десять Царств от кочевников, а царство Цюй обеспечивало Десять Царств медью и серебром, потому что было расположено в гористой местности, изобилующей полезными ископаемыми. Обе проблемы придется решать одновременно, а значит, и разделить войска.
– Цзэ-Цзэ? – встрепенулся Янь Гун, увидев, что Ли Цзэ наконец остановился и смотрит на него пустым, отрешенным взглядом. На озарение это не походило.
