– Не нравится мне это, – сказал Ли Цзэ, и его глаза ожили.
– У нас численное преимущество, – заметил Янь Гун.
– Придется разделить войска, – поморщился Ли Цзэ. – Гунгун, распорядись. Пусть Цзао-гэ возьмет четверть столичного войска и отправится в Дальние Земли. По дороге пусть соберет солдат из других гарнизонов. Варвары Диких Земель – воинственные, преимущество в силе очевидно. С кочевниками они разберутся быстро.
– Согласен, – кивнул Янь Гун.
– После пусть присоединятся к основным войскам, которые выдвинутся в царство Цюй. Распорядись, чтобы оповестили все гарнизоны на пути в Восточную провинцию. Пусть стягиваются к границам царства Цюй. Войска поведу я. Не обсуждается, – добавил Ли Цзэ, увидев, что Янь Гун уже раскрыл рот, чтобы что-то возразить. – Иди выполняй приказ, через четверть часа встретимся в царских покоях. Мне еще нужно кое о чем с тобой потолковать.
Янь Гун поклонился и вышел, горестно вздыхая. Когда Ли Цзэ говорил таким тоном, евнух и так знал, что царь ему скажет.
– Я могла бы поехать с тобой, – задумчиво сказала Су Илань, выбираясь из-за пазухи Ли Цзэ и прижимаясь к его плечу.
– Я вернусь скоро и с победой, – сказал Ли Цзэ, нежно касаясь ее лица рукой.
Янь Гуну пришлось дожидаться в царских покоях три четверти часа, прежде чем Ли Цзэ вернулся из покоев Хуанфэй.
– Гунгун, – сказал Ли Цзэ серьезно, – ты остаешься в столице.
– Я так и знал, – кисло отозвался Янь Гун.
– Приглядывай за Су Илань, – велел Ли Цзэ, крепко сжимая плечо евнуха. – Министры затаились, но я им не верю. Помни, Гунгун, если с Су Илань что-то случится, я тебе голову сниму.
– Да что с этой змеюкой может случиться? – проворчал Янь Гун вполголоса, но громко и церемонно ответил: – Яньжэнь повинуется.
Ли Цзэ вместе с войском покинул столицу через несколько дней. До царства Цюэ они добрались за две недели. Царство Сы к этому времени успело занять несколько пограничных застав, но на этом «славные деяния» новой династии и закончились. Ли Цзэ не понадобилось много времени, чтобы отбить пограничные города и разбить войска царства Сы. Он этим не ограничился, дождался подкрепления из Диких Земель и вторгся в царство Сы.
Войскам Десяти Царств хватило всего полтора месяца, чтобы царство Сы пало. Видно, новую династию люди недолюбливали, поскольку охотно сдавались в плен и сдавали города. Столица не была исключением и сдалась без боя. Царь Сы позорно бежал, но его схватили свои же и убили.
Ли Цзэ разыскал наследников предыдущей династии – они томились в темнице – и вернул им трон. Мирный договор между царствами был перезаключен, Ли Цзэ даже побратался с новым царем Гу, который клялся в вечной верности и дружбе своему спасителю: он с братьями и сестрами ожидал казни со дня на день, так что, без преувеличений, был обязан Ли Цзэ не только возвращением трона, но и жизнью.
Покончив с этим, Ли Цзэ вернулся в столицу.
Въехав в ворота дворца, он резко остановил коня и воззрился изумленно и с неприятным холодком в душе на Янь Гуна и двух министров, которые при виде царя пали ниц и принялись биться лбами в землю.
Ли Цзэ слегка вздрогнул, спешился и сурово, но с замирающим сердцем сказал:
– Что?
– Прости, Цзэ-Цзэ, – дрожащим голосом сказал Янь Гун, не поднимая головы, – я не уследил.
Ли Цзэ похолодел. С Су Илань что-то случилось!
Ли Цзэ скрипнул зубами, схватил евнуха за шиворот и потащил за собой. На Янь Гуне лица не было: он помнил, что царь говорил ему перед отъездом, и теперь трясся от страха, что Ли Цзэ разделается с ним, даже не выслушав. Но Ли Цзэ дотащил его до павильона Феникса и зашвырнул в покои Хуанфэй, двери в которые были сиротливо распахнуты, а потом зашел сам и так глянул на крадущихся следом министров, что они подобрали подолы и умчались прочь с необыкновенной для их возраста прыткостью.
– Где Су Илань? – сурово спросил Ли Цзэ.
– Я не уследил, – сказал Янь Гун и вновь попытался удариться лбом в пол, но Ли Цзэ опять схватил его за шиворот и так вздернул на ноги, что у евнуха одежда затрещала.
– Разбить себе голову ты всегда успеешь, – сказал Ли Цзэ с угрозой, – и я даже тебе в этом помогу, будь уверен. Отвечай! Что они с нею сделали?!
– Кто? – не понял Янь Гун.
– Министры!
– Они ни при чем, – помотал головой Янь Гун. – Эта змеюка сбежала.
– Я ведь запретил тебе так ее называть, – гневно начал Ли Цзэ, но тут же осекся и широко раскрыл глаза. – Что ты сказал?
Евнух поежился и стал рассказывать.
Через неделю после отъезда Ли Цзэ царская наложница, по обыкновению, затворилась на три дня в покоях Хуанфэй. Это никого не удивило, Янь Гуна тоже: от Ли Цзэ он знал, когда и для чего змеиный демон скрывается от всех, – поэтому евнух честно ждал три дня. Обычно после трехдневного затворничества Юйфэй выходила в сад и часами сидела на камне под солнцем, если день был ясный. Четвертый день как раз был ясный, но Юйфэй не вышла. Янь Гун пошел проверить и обнаружил, что покои Хуанфэй пусты. Змеиный демон сбежал.
– Она не могла сбежать! – резко сказал Ли Цзэ. – Она не сбежала бы!
