В Фэнтона ударила волна немой ярости, затем еще одна и еще. Они бились о него и отступали, чтобы наброситься с новой силой, словно невидимая смертоносная армия. Фэнтон слышал, как злобный мальчик исступленно колотит в жестяной барабан, хотя в комнате стояла мертвая тишина, и видел, как за спиной маленького барабанщика вырастает гигантская тень самого Сатаны. Силы покидали его. Глядя, как ему казалось, прямо в глаза незримого гостя, он принялся бормотать какие-то молитвы.
Он отвел глаза, чтобы посмотреть на Мэг, и пришел в ужас. Та сидела на кушетке, выгнув спину и подтянув колени к подбородку. В камине плясали высокие языки пламени. На губах женщины играла злобная, глумливая усмешка, которую он уже видел однажды: точно так же ухмылялась Мэг при их первой встрече в этой новой жизни. О, как же он был слеп… Впрочем, в ту минуту он больше жалел о своих словах. Никогда, ни при каких обстоятельствах не называйте дьявола дураком: если что-то и может вывести из себя владыку преисподней, так это обвинение в глупости.
Волны хлестали в Фэнтона, не причиняя ему, однако, особого вреда.
Наконец буря начала стихать и вскоре унялась. Но Фэнтон по-прежнему ощущал угрозу, почти осязаемую, как огонь или заточенный клинок, – и еще у нее было ехидное, порочное лицо Мэг Йорк.
Дьявол, казалось, погрузился в размышления. Когда он в конце концов заговорил, в его голосе звучали удивление и неподдельный интерес.
– Профессор Фэнтон, – спросил он тихо, – вы и вправду надеялись меня перехитрить?
– И все еще надеюсь.
– Неужели? Позвольте кое в чем признаться. Когда-то вы мне даже нравились. Теперь же от симпатии не осталось и следа. Меня так и подмывает ткнуть вас носом в каждую совершенную вами ошибку и раскрыть все гадкие сюрпризы, подготовленные для вас. Но не стану делать этого – вскоре вы сами все узнаете. Давайте лишь слегка приподнимем завесу тайны и слегка, совсем чуть-чуть, пробежимся по вашим ошибкам.
– Сэр, право, ваша неосведомленность…
Дьявол не дал ему договорить.
– Итак, – произнес он, потирая руки в приятном предвкушении (по крайней мере, так показалось Фэнтону), – вы хотели изменить ход истории, я правильно помню? И если не ошибаюсь, уже предприняли несколько попыток?
– Не ошибаетесь.
– И с этой целью вы обратились к двум самым… осведомленным людям в Англии: королю Карлу Второму и лорду Шефтсбери, которые придерживаются противоположных взглядов. Каждое ваше слово – это, само собой, чистая правда. Но кто из них поверил вам?
– Никто.
– Король проникся к вам симпатией и, клянусь, всей душой желал, чтобы вы его убедили. Он даже одарил вас кольцом с камеей, сказав, что оно защитит от всех бед. – Дьявол издал противный смешок. – Главное, в минуту опасности передайте это кольцо его величеству. Но можно ли оградить вас от любого зла? Не думаю. И последнее, – добавил дьявол, когда Фэнтон открыл рот, чтобы возразить. – Профессор Фэнтон, почему вы так удивились моему визиту? Неужели вы меня не ждали?
– Я? Ждал вас?
– Да будет вам! Единственное, что вы всерьез вознамерились изменить, – это ход событий десятого июня. Именно в этот день, насколько мне известно – а мне известно все на свете, – ваша супруга Лидия скончается от яда…
Фэнтона словно парализовало. Его разум и тело сковал страх, куда более сильный, чем тот, что внушал ему владыка преисподней.
Лидия! Полночь! Он обещал вернуться домой до полуночи! Он достал дрожащими пальцами часы и поднес их к глазам. Рука тряслась, положение стрелок при таком скудном освещении было невозможно разглядеть. Но вероятно, было еще не слишком поздно.
– Который час? – взмолился Фэнтон. – Сэр, заклинаю вас, скажите, который час!
– Который час? – повторил дьявол и, кажется, удивленно вздернул брови. – Разве это имеет значение?
Речь обоих вдруг начала неуловимо меняться, приобретая все больше особенностей, характерных для семнадцатого века.
– Да, да, да! – вскричал Фэнтон. – Ведь едва часы пробьют полночь, наступит десятое июня! Я должен быть рядом с Лидией, дабы уберечь ее от опасности!
– Чтоб меня! – заметил дьявол, совсем как Джордж Харвелл, если бы тот умел говорить с ледяным равнодушием. – Сдается мне, он совсем ополоумел.
Фэнтон вскочил со стула и бросился к камину. В красноватом свете тлеющих углей он разобрал, что стрелки показывают полдесятого. Часы остановились ровно в тот момент, когда он переступил порог комнаты.
Еле справляясь с дрожью, Фэнтон засунул часы обратно в карман и, вытянув руки, бросился на фигуру в кресле. Однако вместо горла руки встретили пустоту. Фэнтон шатаясь отошел на несколько шагов назад. В ту же секунду очередная ярко-красная вспышка осветила небо и вместе с ним – изменчивые контуры существа, сидевшего в кресле.
Дьявол снова издал мерзкое хихиканье.
– Только погляди на своего героя, дитя мое, – сказал он Мэг. – Извивается, как червяк, стоит ему услышать о своей драгоценной Лидии. Что я тебе говорил?
Теперь Мэг стояла на четвереньках, ощерившись. Ее неподвижное лицо напоминало греческую маску.
