Снаружи гулял легкий ветерок. Фэнтон полной грудью вдохнул сладкий ночной воздух, с наслаждением ощущая, как тот заполняет измученные легкие. На небе ярко светила луна, заливая липовую аллею серебристым сиянием. А за деревьями, перед домом, выстроился отряд конных драгун. У каждого слева висел длинный палаш, а справа, на кожаной портупее, – кремневый мушкет.
– Джайлс, неужто ты успел забыть? – удивился Фэнтон. – В ночь сражения с зеленоленточниками драгуны под командованием капитана О’Каллахана прискакали на помощь, спешились и отдали нам честь!
И Фэнтон решительно направился к капитану, вытянув руку в приветственном жесте. Гром, самый крупный из мастифов, ни на шаг не отставал от хозяина.
– Капитан, – с глубокой признательностью произнес Фэнтон, – все вы желанные гости в этом доме. Прошу прощения за то, что встречаю вас в таком виде, – вы, полагаю, слышали, что я слегка нездоров. Да и хозяйство пришло в беспорядок, с тех пор как моя жена… когда ее…
Фэнтон замер на полуслове. Что-то было не так. О’Каллахан по-прежнему стоял навытяжку, но любой, глядя на него, понял бы, что капитан готов сквозь землю провалиться от смущения.
– В чем дело? – тихо спросил Фэнтон.
По гостиной прокатился громовый голос капитана:
– Сэр Николас! Вы мне нравитесь. Я в жизни не встречал такого храбреца. Признаюсь, мне совсем не хочется являться к вам с этим делом. Однако это мой долг, поймите. – В голосе капитана проступили умоляющие нотки. – Можем мы переговорить с глазу на глаз?
Рука капитана О’Каллахана в кожаной перчатке вытянулась в сторону Джайлса.
– А этот пусть помолчит, – прорычал капитан. – Клянусь, сэр Николас, если он хоть слово скажет, я засуну палаш ему в горло!
– Сэр, раз уж вы в моем доме, – вежливо (даже чересчур вежливо) произнес Фэнтон, – позвольте мне самому командовать моими слугами. Джайлс, ты чем-то разозлил капитана О’Каллахана?
Джайлс поджал губы:
– Боюсь, что так, сэр. Однако теперь я наверняка могу утверждать, что «дело государственной важности» никоим образом не связано с «Зеленой лентой».
Воцарилась тишина.
– Не связано… с чем?! – удивленно воскликнул капитан.
– Сэр, я полагал, что вы явились сюда от имени лорда Шефтсбери и Партии страны.
Удивление на лице капитана сменилось яростью. Он инстинктивно потянулся к рукояти палаша, но тут Гром, жавшийся к ногам Фэнтона, издал устрашающий рык.
– Место! – своим обычным (скажем так, почти обычным) голосом приказал Фэнтон. Он знал, что не сумеет удержать пса, и нагнулся к Грому, чтобы успокоить его. Однако в глазах тут же потемнело, и Фэнтон выпрямился.
– Джайлс, – сказал он, – мы оба глубоко ошиблись.
– Ошиблись, сэр?
– Несомненно. – Фэнтон кивком указал на капитана. – По сути, ты спросил ирландского католика, не связан ли он с кучкой головорезов, англиканцев и пуритан.
О’Каллахан недовольно буркнул себе что-то под нос.
– Но это еще полбеды, Джайлс, – продолжил Фэнтон. – Наш гость служит в королевской армии. Лорд Шефтсбери не может приказывать ему, ибо капитан О’Каллахан подчиняется лишь его величеству, и более никому.
Лицо Джайлса, позеленевшее от досады, было красноречивее всяких слов: и как только он, с его умом и проницательностью, ухитрился попасть в такую глупую ловушку?
Фэнтон повернулся к О’Каллахану:
– А что касается вас, капитан, то не стоит угрожать моему другу шпагой. Слишком опрометчиво с вашей стороны.
– Так уж и опрометчиво?
– Уверяю вас. И лучше не притрагиваться к рукояти палаша. – Фэнтон похлопал пса по холке. – Гром почует угрозу и разорвет вам горло, вы и глазом моргнуть не успеете.
– Да неужели? – тихо спросил О’Каллахан, самодовольно усмехнувшись.
И потянулся к палашу самым вызывающим образом. На сей раз могучий рык Грома подхватили Лев и Голозадый, а сам он сжался, приготовившись к прыжку. Кровь мгновенно отхлынула от румяных щек капитана, и он медленно опустил руку. Однако О’Каллахан не собирался отступать. Глядя на Фэнтона из-под полуопущенных век, покручивая длинный ус, он напыщенно произнес:
– Смех, да и только. Быть может, вы желаете заключить пари? Да бога ради! – взревел он. – Ставлю шесть к одному, что я снесу вашему зверю башку раньше, чем он до меня дотронется. – Голос капитана вдруг стал почти умоляющим. – Я лишь выполняю свой долг, сэр. – О’Каллахан выпрямился. – Сэр Николас Фэнтон, как ни прискорбно, но я должен препроводить вас в Тауэр, где вы будете пребывать в заключении до тех пор, пока… пока… впрочем, главное я сказал.
Фэнтон остолбенело смотрел на капитана, который неловко переминался с ноги на ногу.
– В Тауэр? – переспросил он наконец, отказываясь верить своим ушам. – В лондонский Тауэр?
– В какой же еще?
Фэнтон поглядел на Джайлса, который был ошарашен не меньше его самого.
– И на каком основании?
– Сэр Николас, этого я разглашать не вправе. Вы сами скоро все узнаете.
– Смею предположить, что единственной причиной для заключения в Тауэр является подозрение в государственной измене. Я прав?
– Что ж, – пробормотал капитан, незаметно подмигнув: мол, все правильно, так и есть. – Коль вы сами так решили…
–
