— Добрый день. Он, конечно, не очень подходит для прогулок, но всё лучше, чем дождь, на мой взгляд, — всадник наконец повернул лошадь, и Эдмон узнал Клода Лезьё. — Охотник предупредил меня о вашем приближении. Честно сказать, я удивлен: здесь мало кто бывает.
— Увлекаетесь птичьей охотой? — спросил Дюран, касаясь пальцами полей шляпы и медленно подъезжая к новому знакомому. Из двух братьев Жером нравился ему больше: он был более серьёзным, любил путешествовать и немного меланхолично рассуждать. Клод же при первом знакомстве показался совершенно не серьезным, даже ветреным, относящимся ко всему поверхностно, хватающимся за всё и ничего при этом не доводящим до логического конца. Несмотря на то, что чертами лица, ростом, голосом и сложением они были похожи, как две капли воды, Эдмон быстро понял, что различать их не составляет труда. И главное их отличие совершенно не вязалось с их характерами: сдержанный Жером старательно и непонятно зачем завивал волосы, непосредственный Клод предпочитал строгий пробор.
— Как видите, — ответил Клод, осторожно подавая птице какое-то лакомство, которое та тут же проглотила.— Одно из немногих аристократических развлечений, которое я позволяю себе иметь. Люди считают, что наличие подобных маленьких капризов многое о вас говорит.
— Здесь это обязательно? — приподнял бровь Эдмон.
— Вам ли не знать, как много значит репутация, — усмехнулся Клод, и, обращаясь к ястребу, который боком, медленно перебирался с запястья на плечо, добавил: — осторожней, Охотник.
— Ваша репутация вроде бы не так уж хороша, — позволил себе заметить Дюран. Клод невольно рассмеялся:
-Это семейное. Ни я, ни мои сестры никогда не вписывались в местный высший свет.
— И трудно ли чужому войти в это великолепное общество?
— Вам для этого даже усилий прилагать не придется, если, конечно, вы примкнете к правильной его части, — несколько печально, как показалось Эдмону, усмехнулся Лезьё.
— И эта правильная часть?.. — осторожно поинтересовался он, глядя на юношу с ястребом на плече несколько вопросительным взглядом.
-И эта правильная часть — явно, не обнищавшие осколки аристократии. Другими словами, не я и не мои сёстры, господин герцог, — спокойно ответил Клод. — Лондоры, Бонны, Шенье, на крайний случай — Алюэт. А уж если вы здесь на ком-нибудь женитесь…
— Благодарю, я предпочитаю менее радикальные методы, — холодно кивнул Эдмон. Лезьё легонько тронул поводья и, поравнявшись с собеседником, протянул ему руку. Просто и открыто, как не делал, наверное, ещё никто. Несколько мгновение Дюран смотрел на предложенную ему руку, а затем перевёл вопросительный взгляд на Клода.
— Вы поразительный человек, господин герцог, — с улыбкой пояснил Клод. — Я не согласен с вашими взглядами почти вкорне, но вы меня почему-то восхищаете. Я бы с радостью предложил вам свою дружбу, но, как видите, я не лучшая компания в этих местах.
— Напротив, — задумчиво ответил Эдмон, пожимая протянутую ему руку.
— Вы говорили, что любите верховые прогулки, — с некоторой долей надежды в голосе продолжил Клод. — Если у вас будет желание поближе познакомиться с окрестностями, я с радостью составлю вам компанию.
— Непременно воспользуюсь вашим предложением, господин Лезьё. До скорого, — герцог Дюран слегка кивнул головой, касаясь кончиками пальцев полей шляпы и, слегка пришпорив коня, быстрой рысью направился по склону холма. За спиной он услышал тихий свист и последовавшее за ним хлопанье крыльев. Охотник взмыл в воздух, оглашая пустое небо своим протяжным криком.
========== Глава 8 ==========
Дни шли, ранний снег заметал аллею, ведущую к дому, розы тоскливо гнулись к земле и роняли последние лепестки, а она так больше и не видела его. Напрасно она направлялась каждое утро к Ежевичному ручью, который разделял её владения и земли герцога Дюрана, и, садясь на поваленное дерево, терпеливо ждала до тех пор, пока старые отцовские часы не показывали полдень. Прошла уже целая неделя, слившаяся в один день и казавшаяся Иде вечностью.
Было два часа дня. «Вилла Роз», окутанная легкой дымкой снега, тоскливо молчала. Моник и Жюли сидели в гостиной, молча глядя в огонь камина, Ида расхаживала взад-вперед по библиотеке. Всё носило отпечаток недавней ссоры, которая произошла между сестрами утром. Причиной конфликта стало плохое настроение Иды и безумная вспыльчивость Жюли, от которых по обыкновению пострадала Моник. Словом, день должен быть похожим на другие дни.
Ида села на широкий подоконник и печально оглядела библиотеку. С недавних пор этот похолодевший и помрачневший дом стал напоминать ей могилу, в которой они все будут погребены навечно. Внезапно раздавшийся звук заставил Иду обернуться и прильнуть к окну.
