– Да, но бывают времена плохие и совсем плохие, – продолжал Джо. – Хотя, думаю, это тоже может быть полезно.
Хэдли нахмурился.
– Я не совсем понимаю…
– Я тоже, – добавил Морено, складывая перед собой руки.
– Ну, – Джо вздохнул. – Бывает, хочется от чего-нибудь увильнуть. Перелом – неплохой предлог, чтобы немного отдохнуть от работы, правда?
– Мне моя работа нравится.
– Да, но клиенты! Вечно висят на телефоне. Стресс. Нервы. Знаешь, я видел рекламный щит одного риелтора на Мэйпл-стрит. Почему у тебя нет рекламного щита, Гэри?
Морено нетерпеливо откашлялся.
– К чему вы ведете, детектив?
– Я просто хочу сказать, что, возможно, ваш клиент хотел немного отдохнуть. Решил, что сейчас подходящее время немного себе навредить. Самое лучшее время. – Джо слегка улыбнулся. – А что может быть лучше, чем отвести от себя обвинение в убийстве?
Хэдли вытаращил глаза.
Морено едва заметно вздрогнул.
– Это все, что у вас есть? – спросил он. – Потому что, если так, я буду вынужден настаивать на немедленном прекращении интервью.
– Полегче, адвокат. Я просто хочу уточнить у вашего клиента один пункт. – Джо наклонился и открыл папку. В папке лежали фотографии; он уже показывал их мне. Ночной клуб, снимок не слишком четкий, весь из пикселей, вид сверху. Смеющаяся Келли Скотт. – Это кадры с камер видеонаблюдения в ночь смерти Келли. Похоже, она там неплохо проводит время, а?
Хэдли побледнел, впившись взглядом в верхнюю фотографию.
– Да.
– И выглядит неплохо. В одежде, пожалуй, даже лучше. Забавно, как все у некоторых женщин устроено. В смысле, смотришь на нее и думаешь, а что же там под одеждой. – Джо отодвинул верхнюю фотографию. На следующей Келли уже танцевала. – Когда мы вчера разговаривали, мистер Хэдли, вы сказали нам с напарником, что сломали ногу за день до убийства Келли. Сказали, что поскользнулись на льду по дороге на работу. – Он заглянул в блокнот и со значением добавил: – В субботу.
– Я часто работаю по выходным, – заявил Хэдли. – Это же риелторский бизнес, понимаете?
– Не совсем, но поверю вам на слово.
– Детектив… – воззвал к нему Морено.
– Я позвонил владельцу вашего офиса, – продолжал Джо. – Представьте мое удивление, когда он сказал, что здание было закрыто на все выходные. Кажется, труба отопления лопнула. Помните такое?
– Я… да, я узнал об этом позже.
Морено, должно быть, уловил что-то в интонации своего клиента, но ему достало ума не вмешиваться. Он даже не оторвал взгляд от стола. Между тем Джо перешел к следующей фотографии. И к еще одной. И еще. На снимках были запечатлены последние часы Келли Скотт: она пила, танцевала, смеялась.
– А потом мы, конечно, нашли вот это. – Джо предъявил последнюю фотографию. На ней в баре был Хэдли и, надо сказать, прекрасно стоял на обеих ногах. Келли была рядом – она отвернулась и выставила руку, отталкивая Хэдли. Ее намерения были вполне ясны.
– Я могу объяснить, – начал Хэдли.
– Не надо, – предупредил Морено.
– Даже не знаю, что счесть более оскорбительным, – сказал Джо. – То, что ты подумал, что мы не проверим камеры наблюдения в клубе, или то, что ты не подумал, что мы проверим эти чертовы больничные записи. Ты сломал ногу три дня назад, придурок.
– Отлично, – сказал Хэдли. – Да, я был в клубе в ночь, когда она умерла, ясно?
Морено коснулся его руки.
– Мой клиент воздерживается от комментариев.
– Да ладно, вашего клиента засняли камеры видеонаблюдения, но я хочу знать, почему он там оказался.
Прежде чем адвокат успел его остановить, Хэдли заговорил снова.
– Потому что хотел поздравить ее с повышением, вот и все. Я был за нее рад.
– Но, кажется, она не была рада тебя видеть.
– Не была, – с несчастным видом согласился Хэдли.
Морено наклонился и что-то прошептал ему на ухо.
– Давайте-ка посмотрим, правильно ли я понял, – продолжал Джо. – Ты был недоволен вашим разрывом. Она бросила тебя, и ты думал, что твое бедное сердечко разорвется, ведь ты так сильно ее любил. Я прав?
– Без комментариев, – буркнул Хэдли.
– Потом ты узнал о вечеринке. Подумал, что попытаешься убедить ее принять тебя обратно.
– Без комментариев.
– Может быть, ты подумал: угостишь ее выпивкой, да и попробуешь уломать. Заодно проверишь, нет ли поблизости других парней, которым бы стоило преподать урок. Так сказать, напомнишь ей о старых добрых временах.
– Она сказала, что больше не хочет меня видеть. – В глазах Хэдли заблестели слезы. – Сказала, что я обидел ее, что я хулиган и головорез…
– Ладно, хватит, – вмешался Морено. – Или предъявите моему клиенту обвинение, или мы уходим.
– Она разозлила тебя, а, Гэри?
Хэдли наклонился вперед.
– Неужели непонятно, а? Я был там в ночь, когда она умерла. Я был там и потом пошел домой, а ее убило это чудовище, этот Кевин Фостер. А меня не было рядом, я не смог ее от него защитить. Она погибла из-за меня. Из-за меня.
Он заплакал. Я шагнул вперед и оказался в нескольких дюймах от стекла, почти в допросной. Я стоял, отделенный от них стеклом, и только смотрел.
