— Не забыл, — качаю головой. — Я люблю тебя, малыш.
Ее глаза закрываются. Сглатывает.
Всё, ей не нужно мне ничего говорить. Я всё прочитал. Тоже закрываю глаза на мгновения.
Я ее не потерял.
Осталось малое…
— Ты можешь сделать что-то ради меня? — вдруг тихо спрашивает она.
— Конечно, малыш. Всё что угодно.
— Обещаешь?
— Да.
— Уйди! Выйди из этой квартиры и покинь эту страну. Забудь о моем существовании! — зло выдаёт она, одаривая меня гневным взглядом.
— Нет!
— Ты только что обещал! — капризно хнычет.
— Значит, пиз*абол, — ухмыляюсь. — Я не уйду, малыш. Ты можешь капризничать сколько угодно. Времени у нас предостаточно. Будем сидеть здесь день, два, неделю, месяц, год… Я больше не намерен тебя терять. Мне дерьмово без тебя. Я никто без тебя. Я у твоих ног и прошу меня простить, — ложусь лицом на ее колени, шумно выдыхая. — Прости меня, девочка моя. Я ошибся. Ценность оказалась не в мести, но я поздно это понял. Я дурак. Ничего, бля, в этой жизни неважно, кроме любви. Жаль, что я это поздно понял. Я жить хочу, а не загибаться. С тобой хочу жить, ради тебя, для тебя. Спаси нас… — задыхаюсь. Так много слов я не говорил ни одной женщине. Не выворачивался так ни перед кем. Прижимаюсь к ее коленям сильнее, вдыхаю запах моей девочки. А она замирает и молчит.
Жду.
Покорно.
Как пес у нее в ногах. Чувствую, как дрожит. От нее веет холодом.
Ну не получается у меня словами. В порыве поднимаю голову, забывая про обещание не трогать и игнорирую то, что не чувствую от Лизы разрешение. Дергаю плед, открывая ее, поднимаюсь, зарываюсь в шелковые волосы, вжимаясь губами в ее губы. Не целую, пока не целую, хотя дико хочется. Жду разрешения.
— Ну давай, малыш, расслабь губы, — прошу севшим голосом, касаясь ее губ.
Нет! Замерла, словно в шоке.
Упрямая!
— Насиловать будешь? — в голосе яд.
Сучка!
— А ты умеешь давать по морде, — зло ухмыляюсь, отпуская ее. Рывком поднимаюсь, на эмоциях, не думая иду на выход.
Но… Останавливаюсь возле двери.
Да хрен там я уйду. Только вместе с ней.
Вдох, выдох. Возвращаюсь.
Она спит. А я снова, как пес, сижу на полу возле ее кровати, облокотившись спиной. Мы больше не разговаривали. Не трогал Лизу, даже не пытался. Мы замерли и взяли передышку. Пытаюсь закрыть глаза и отрубиться хотя бы на несколько минут. Чтобы освежить мозги. Но нет, не получается.
Ну как тут уснуть, если вот она, рядом, а трогать нельзя? Я и дома не мог спать без нее. Алкоголь помогал. Сейчас бы стаканчик виски, чтобы снять напряжение. Но нет, мы это уже проходили.
Алкоголь, к сожалению, только усугубляет ситуацию.
Уже почти утро, в комнату врываются предрассветные блики. Лиза переворачивается, ее ладонь свешивается с кровати рядом с моим лицом. Поворачиваю голову, прикасаюсь губами к ее пальчикам. Невесомо целую, прикрывая глаза.
Кто бы сказал еще пару месяцев назад, что я, взрослый мужик, буду сидеть у ног девочки, целовать ее руки и молить о прощении, ни за что не поверил бы.
Лиза дёргает рукой, отбирая себя у меня.
Отворачивается. Проснулась. Делает вид, что спит, но я точно знаю, что проснулась.
Молча втягиваю воздух, потирая лицо.
Ладно. Новый день и новая битва. Надеюсь, мы выживем.
Поднимаюсь, иду в ванную. Умываюсь холодной водой, чтобы снять усталость. Беру ее зубную щетку и с удовольствием чищу зубы. Ей назло. Вытираюсь ее полотенцем, хотя на полке есть стопка чистых.
Выхожу из ванной. Лизы нет в кровати. Встроенный шкаф распахнут, несколько вещей на полу.
Это что за пиз*ец?
Слышу в стороне прихожей шорох. Иду туда. Лиза, одетая в плащ и обутая в кроссовки, стоит возле двери.
Оборачивается, смиряет меня гневным взглядом.
— Где ключи?!
А ключи у меня в кармане. И слава богу, у нее нет вторых. Иначе бы уже сбежала.
— А куда это ты собралась?
— Подальше от тебя. Верни мне ключи немедленно!
Грозная.
— Нет. Раздевайся.
— А меня парень мой ждет! — выдаёт она. Даже не ревную. Я эту лису хорошо знаю. Врёт она, по глазам вижу.
— Не дождется, — ухмыляюсь. — Раздевайся, пойдем пить кофе, — разворачиваюсь, ухожу в зону кухни.
Хозяйничаю, как у себя дома, настраивая кофемашину. Краем глаза наблюдаю, как Лиза носится по студии и что-то ищет, попутно стягивая с себя плащ.
— Где мой телефон?
— Телефон тоже у меня.
Я прям вижу, как она взрывается, готовая меня убить. Срывается с места, летит в мою сторону. Замираю.
Давай, девочка моя, иди ко мне в руки.
Лиза, словно читая мои мысли, останавливается в паре шагов от меня.
— Да как ты смеешь прятать мои вещи и запирать меня! — снова приступ гнева, и я его принимаю. Гнев – это не равнодушие. Уже хорошо. — Ты мне никто!
— А ты – всё, что есть у меня, — спокойно произношу я. Гашу ее вспышку. Снова сдувается, опуская руки. — Как я могу отпустить то, что дорого?
— Прекрати бросаться красивыми словами. Это ложь. Если бы я была тебе дорога, ты бы не использовал меня и не отпустил.
Стискиваю челюсти.
