Дамы тоже были высшего качества: модные, образованные, умные и хорошо знавшие светский этикет. Оплата производилась банковским переводом: тридцать тысяч авансом за платиновую карту члена клуба и от пяти тысяч фунтов за четырехчасовой обед.
Пирс состоял в клубе десять лет, но редко посещал само здание, предпочитая пользоваться услугами по вызову. Он считал, что так быстрее и надежнее. Этот день не стал исключением. Пирс позвонил из машины, и через двадцать минут после того, как он вернулся домой, раздался звонок в дверь. Спустившись ко входу, он увидел отъезжающий блестящий «мерседес». Водитель высадил девушку и останется дежурить поблизости на случай неприятностей.
Снаружи стояла симпатичная блондинка. Свежая, невинная…
Пирс отступил.
– Проходите.
Девушка вошла в коридор и вопросительно посмотрела на Пирса.
– Наверх, – пояснил он. – Третий этаж, четвертая дверь слева.
Она была для него новенькой. Впрочем, как и остальные – каждый раз девушки менялись. Некоторые мужчины предпочитают одну и ту же гостью, находя утешение в привычном и знакомом. Но не Пирс. В клубе знали об этом и о многом другом. Предпочтения фиксировались и соблюдались неукоснительно. Ему нравились стройные натуральные блондинки не старше восемнадцати лет. Перед приездом по инструкции они удаляли макияж и надевали что-нибудь девичье и мягкое, предпочтительно хлопчатобумажное, и, конечно, без каблуков, кожи, латекса. Цвета должны были быть пастельными; рекомендовалось избегать черного, красного или фиолетового. Мелочи были расписаны строго и конкретно, и девушки следовали им в точности. Просьбы могли показаться странными, но они слышали и более нелепые требования.
Наверху Пирс сидел на кровати и наблюдал, как девушка расстегивает пальто и снимает шаль, скрывавшую лицо.
– Вам нравится? – скромно спросила она.
Пирс облизал губы.
– Прекрасно.
И одиночество волшебным образом испарилось.
В четырех сотнях километров к северу от Лондона Эмбер Мелвилл была далеко не одинока. В конце концов, у нее появилась новая лучшая подруга Ева.
Пожив неделю в одной комнате, Ева и Эмбер стали неразлучными. И на сегодняшний вечер у них в планах стояла задача: сбежать из поместья «Бомонт» и немного развлечься. Эмбер подозревала, что выбраться будет непросто. Кампус огораживала высокая стена с запертыми воротами на всех входах. Камеры наблюдения отслеживали каждый метр территории, а между закатом и восходом солнца снаружи зажигалось три сотни огней.
Но Ева держалась уверенно.
– Э-эт только выглядит суровее, чем на самом деле, – весело заявила она, откидывая густые черные волосы с тщательно накрашенного лица.
Как и все латиноамериканские красотки, она предпочитала ярко-розовую лайкру и тяжелые золотые украшения. Ева крутнула бедрами перед зеркалом – профессиональный прием самбы.
– Всем пофигу, что мы сбежим, лишь бы они об э-этом не знали.
Свет погас в десять. В десять пятнадцать девчонки выбрались из дома. Держа в руках туфли на шпильках, они на цыпочках прошли по коридору и спустились по пожарной лестнице. Ева сунула двадцатифунтовую купюру одному из охранников, и он проводил их до боковых ворот. Судя по тому, как Ева ему подмигнула, Эмбер заподозрила, что она подсунула ему гораздо больше.
Когда он закрыл за ними ворота, у Эмбер сильно забилось сердце.
– Как же мы вернемся? – прошептала она.
Ева вскинула голову.
– Не волнуйся, – сказала она, застегивая шубу из искусственного меха и прикрывая откровенный наряд. – Все будет в порядке. Saca?
Она схватила Эмбер за руку и потащила вниз по склону.
Тот вечер в пятницу стал одним из лучших в жизни Эмбер.
Добравшись до Уитби, они спросили у местных жителей, где все обычно развлекаются, и через десять минут уже стояли в очереди перед тусклым заведением под названием «Синди», одним из немногих ночных клубов городка. Махнув перед вышибалой фальшивыми удостоверениями личности, они сдали пальто в гардероб и с важным видом направились в бар. Благодаря смазливой мордашке Эмбер и увеличенной с помощью силикона груди Евы им без труда удалось привлечь внимание группы парней из «Чатсуорта», местной школы с пансионом для мальчиков, расположенной в полумиле от поместья «Бомонт».
Девушки уселись у стойки бара, а парни кружили, угощая их водкой и апельсиновым соком. Поскольку парней было больше, Эмбер и Ева расслабились и позволили парням соревноваться за их внимание.
Время шло, и постепенно стало ясно, что обеим понравился самый красивый из парней, Джед. Заметив, что он не сводит глаз с груди Евы, Эмбер переключилась на запасной вариант – Льюиса. Когда фавориты определились, менее удачливым осталось только ретироваться и попытать счастья с разогретыми местными девчонками.
Было уже за полночь, когда Джед наклонился к Еве.
– А не хотите зайти к нам в гости? У нас есть компакт-диски, музончик послушаем.
Ева тут же вскочила с барного стула.
– Конечно, – согласилась она, даже не удосужившись посоветоваться с Эмбер. – Пойдем.
