Джед и Ева двинулись вверх по холму, обнявшись, хихикая и перешептываясь. Сразу видно, люди в этом деле бывалые. Менее опытные Эмбер и Льюис молча тащились за ними, все больше осознавая, что их друг к другу не тянет. Но на Эмбер в конце концов подействовало спиртное. Она наблюдала, как вела себя с Джедом Ева: то ненароком касаясь его грудью, то сбрасывая туфлю, так что ему пришлось надеть ее на босую ногу. Раньше ей это казалось заигрыванием. Но теперь Эмбер считала это верхом изысканности. Она театрально поежилась, убедившись, что Льюис заметил.
– Замерзла? – спросил он без надобности.
– Да, – ответила она, сексуально выпятив нижнюю губу, как репетировала перед зеркалом.
Он осторожно протянул руку и ее обнял.
– Так лучше?
Она улыбнулась из-под опущенных ресниц и кивнула.
Через полчаса Эмбер лежала в кровати Льюиса. Ева была в другом конце комнаты, у Джеда. Уже маячил срок возвращения в школу – два часа ночи, и они зря времени не теряли. Эмбер слышала стоны и тихие шорохи со стороны Евы и Джеда и на мгновение задумалась, занимаются ли они «этим». Наверное, нет. В том, что они все занимались «этим» в одной комнате, было что-то неприличное, но водка отлично справлялась с запретами.
Эмбер разрешила Льюису взять инициативу в свои руки. Поначалу он просто медленно ее целовал, лежа сверху. Все было очень скромно, почти без участия языка. Когда он начал расстегивать платье и снял с нее лифчик, она не возражала. После рассказов Евы ей хотелось выяснить, что же будет дальше. Некоторое время его внимание задержалось на маленькой груди. И ей это тоже понравилось. Как он брал их губами, поигрывал пальцами.
Его рука скользнула под резинку трусиков. Она знала, что случится дальше. В тишине их комнаты Ева познакомила ее с прелестями собственных ласк. Тогда Эмбер это очень нравилось. С Льюисом получалось менее захватывающе. После нескольких нерешительных поглаживаний он, казалось, потерял интерес. Тогда она отмахнулась от его рук и перевернула его на спину. В поощрении он не нуждался. Льюис скинул брюки, помедлил, а затем, не почувствовав возражений, снял и трусы. Она опустилась над ним на колени, взяла его твердую плоть и ласкала так, как учила Ева. Возможно, неправильно, потому что он схватил ее руку, накрыл ладонью и начал тереть все быстрее и быстрее. Потом застонал. Наконец она почувствовала, как он напрягся и задрожал. В следующую секунду в лицо ей ударила горячая липкая жидкость.
Растерявшись, Эмбер сидела молча, не зная, что делать. Влага капала на обнаженную грудь, и она поморщилась. Льюис потянулся к прикроватной тумбочке и нашел коробку салфеток. Он протянул ей парочку, и оба в смущенном молчании вытерлись. К счастью, пора было уходить.
Позже, когда они лежали в постели в поместье «Бомонт», Ева сказала:
– Ну прямо как в кино!
Эмбер сомневалась, захочется ли ей такое повторить. От брызг на волосах у нее слиплись пряди.
– А ты, ты как? – спросила Ева.
– А что я?
– У тебя получилось?
Эмбер покачала головой. Точно нет.
– В следующий раз сначала думай о себе, – твердо сказала Ева. – Получив свое, они теряют интерес.
О том, что ее фотографию выставят на новой выставке Люсьена Дюваля, первым рассказал Кейтлин Ален.
– Как я понимаю, это его последняя попытка тебя завоевать, – иронично заключил он.
Кейтлин сосредоточилась на сборе и установке бокалов, притворяясь, что не понимает, о чем он. Но на самом деле она слишком хорошо знала, что Люсьен ее преследует. Он этого не скрывал. С того самого вечера в клубе он приглашал ее на свидания – один, два, три раза. До сих пор она отказывалась. Говорила, что занята. Но его это не обескураживало.
Все предупреждали ее, что с Люсьеном лучше не встречаться, да Кейтлин и сама это знала. Но другие не церемонились и говорили откровенно.
– Держись от него подальше, Кейтлин, – советовала Вероника, которая, пару месяцев встречаясь с Жюлем, совершенно преобразилась. – Кругом полно других парней. Они не разобьют тебе сердце.
Ален тоже забеспокоился. Весь прошлый год он убеждал ее найти себе парня, но никогда не представлял в этой роли изысканного Люсьена Дюваля.
– Не пойми меня превратно, милая. Парень мне очень нравится. Но тебе он не подходит.
Кейтлин спорить не собиралась. У Люсьена было все, от чего она зареклась: загадочный, дьявольски хорош собой, не говоря уже о репутации. К несчастью, он уже запал ей в душу. Она все время о нем думала. Если разум наставлял ее ему отказывать, у сердца, кажется, было другое мнение.
Но на этот раз Люсьен глубоко заблуждался. Если он считал, что, поместив фотографию на выставке, завоюет ее, значит, плохо знал. Она представила глазеющих на нее людей, считающих, что она согласна, чтобы ее выставили на всеобщее обозрение…
– Хуже и быть не может, – узнав о фото, заявила она.
