Долгая дорога до Грейсленда полностью

– Прииивееет! – прервала меня миниатюрная женщина, которой на вид было не меньше восьмидесяти. Ее выкрашенные в розовый цвет седые волосы были накручены на такие же розовые бигуди и аккуратно уложены под прозрачную шапочку для душа. Сама она была закутана в халат почти такого же цвета, как ее волосы; спереди на нем шрифтом Comic Sans было вышито «Арабелла». А где же тюрбан? Где бархатная накидка?

– Маршалл сказал, что ко мне пришли две прекрасные дамы, и это оказалось чистой правдой! – Женщина села за стол напротив нас. – А сейчас вы думаете, где мой тюрбан и бархатная накидка…

Мои брови взлетели вверх.

– Вообще-то мы должны были открыться только через тридцать минут, но Маршалл всегда забывает повесить табличку с часами работы. Вот и приходиться вам любоваться на меня во всей утренней красе.

Учитывая, что время было почти обеденное, я немного напряглась, а потом позавидовала тому, что у нее есть возможность оставаться в халате, сколько ей хочется.

– Итак, что вас привело к мадам Арабелле? – Ее голос зазвучал глубоко и проникновенно, как будто она прошла вебинар на тему «Как должен звучать голос экстрасенса».

– Разве не вы нам должны рассказывать? – съехидничала я. Мама сделала страшные глаза, как будто я нахамила английской королеве.

Арабелла взяла меня за руку и посмотрела на мою ладонь, а затем аккуратно опустила ее на стол.

– Ну и куда ты так спешишь? Насколько я могу судить, предстоит долгая дорога до пункта твоего назначения.

Как будто прочитала по бумажке из печенья с предсказаниями. Меня это ничуть не впечатлило.

– Начнем с вас, – сказала она маме. – Правую руку, пожалуйста.

Мама с энтузиазмом раскрыла перед ней ладонь. Арабелла провела по каждой линии своим маленьким морщинистым пальчиком – каждые несколько секунд замирая с закрытыми глазами и бормоча что-то себе под нос.

– М-м-м… Да.

По выражению маминого лица было видно, каких усилий ей стоит не выпалить сразу все свои вопросы. А потом не выдержала и затараторила:

– Я Лоралинн, а это моя дочь Грейс, и мы…

– Мама, прекрати. Волны, помнишь? – выговорила я, едва разжимая губы. Мама замолчала и изобразила, будто застегивает рот на молнию.

– Простите, – пролепетала она, но Арабелла была слишком занята разглядыванием маминой руки, чтобы обращать на что-то внимание.

– Наконец-то вы стали прислушиваться к тому, что так настойчиво вам твердили другие. Это нелегко, но необходимо.

Мама внимала каждому ее слову, как прихожанин в церкви, слушающий воскресную проповедь, хотя ничего, кроме общих слов, из уст Арабеллы не звучало. Я и сама могла бы такого наговорить и при том сэкономить нам пятьдесят долларов.

– Ваша линия жизни подходит к развилке. Выбор, который вы сделаете, может все изменить. – А вот это уже кое-что. – Сейчас не время быть эгоистом. Или… что-то усложнять.

Я испытующе взглянула на маму, но та ничего вокруг не замечала. Мадам Арабелла сложила мамины пальцы вместе, сжала ее кулачок, а затем положила на стол – отдохнуть. Мама выглядела разочарованной.

– Ты уже примирилась с миром духов. Работа, которая тебе предстоит, будет здесь. – Она изящным жестом указала на мамино сердце и тут же завладела моей рукой. Несколько секунд она рассматривала мою ладонь. Когда мама хотела убрать свою руку со стола, Арабелла остановила ее и положила рядом с моей. Не знаю почему, но мои ладони вспотели.

– Посмотрим, похожи ли линии. Что касается тебя… – сказала она, указывая на меня, – редко можно встретить разветвление линий в столь молодом возрасте.

– Это плохо? – спросила я, начиная жалеть о том, что решила здесь остановиться. Все происходящее сильно меня напрягало. В печеньках с предсказаниями было хотя бы что пожевать! Тут Арабелла подняла глаза, и у меня возникло ощущение, что она роется в моем мозгу в поисках секретов. Это ощущение заставило подскочить; тело покрылось мурашками.

– Ты уже прожила долгую жизнь, в конец тебя измотавшую. Но ты можешь все изменить… Она свела наши с мамой руки вместе и накрыла своей ладонью.

– Очень интересно. Вы обе чего-то очень боитесь. Чего?

Может, рассказать ей про дома с привидениями? Но стоит ли обсуждать такое с малознакомым человеком?

– Посмотрите друг на друга, – велела нам Арабелла.

Мама что-то пробормотала, затем повернулась ко мне. Я попыталась заглянуть ей в глаза так, как сделала это гадалка, – внимательно и глубоко; но мама быстро заморгала, а потом отвела взгляд и выдернула свою руку.

– Боже правый, как ты можешь так долго смотреть, не моргая. Мои глаза сразу пересыхают, – начала жаловаться мама.

– Она сказала «посмотрите», а не «пяльтесь» друг на друга.

Моргание маминых век замедлилось, и я смогла разглядеть и ее зрачки, и чуть розоватые белки. Миндалевидный разрез ее прекрасных глаз с возрастом стал не таким очевидным, но его не могли испортить ни яркие тени для век, ни жирная подводка, ни слои туши для ресниц. Я встала, тяжело опершись на стол, чтобы не потерять равновесие.