Все повернулись к ней. Она почувствовала себя британской королевой на ковровой дорожке. Дэнни и Джордж сидели с матерью в первом ряду. Сюзанна улыбнулась, чтобы они не решили, будто она расстроена. Странно, это их первые похороны, а ведь они сироты.
У гроба она отпустила руку Тима. Она видела кости в похоронном бюро. Те лежали в гробу на шелке винного цвета. Мелкие кости отсутствовали: не было пальцев на руках и ногах. В полицейском отчете говорилось, что «останки частично растащили крысы и хищные птицы». Череп, слава богу, сохранился – растрескавшийся, покрытый пятнами и потеками воды, но все же целый. Без черепа похороны напоминали бы фарс. Также нашли крупные кости конечностей и бо льшую часть позвоночника. Морис стал человечком из палочек, каких рисуют дети.
Увидев кости, Сюзанна ощутила разочарование. Они выглядели как экспонат из Музея естественной истории, которому не тридцать, а тридцать тысяч лет.
– Мам, давай сядем, – сказал Тим.
Она подошла к первому ряду, где сидел Камерон с другом. Кам крепко ее обнял, а Бенуа торжественно расцеловал в обе щеки на французский манер.
– Как ты? – тихо спросил Кам.
– Странновато, но нормально.
– Хорошо.
Она села между двумя сыновьями. Нарастала и затихала органная музыка; вышел преподобный Гэдуолл в белом стихаре и епитрахили поверх черной сутаны. Он поприветствовал собравшихся и сделал пару замечаний. Когда все встали и запели «Останься со мной», Сюзанна поняла, что не может сосредоточиться, хотя сама выбрала этот гимн. Мысли метались с места на место и не желали успокаиваться.
Близкие подняли тревогу через три недели после отъезда Чемберленов. Сюзанна впервые заподозрила неладное, когда однажды вечером Уильяму позвонили. Он выслушал звонившего, слегка нахмурившись; он хмурился так всякий раз, когда случалось что-то непредвиденное, что-то, что могло вмешаться в спланированную траекторию его дня.
– Это тебя, – сказал он и передал ей трубку.
Она вытерла руки кухонным полотенцем.
– Кто это?
– Кто-то из Новой Зеландии. С работы Джона.
– Что-то случилось?
– Не говорят. Поговори с ними.
Звонивший был одним из руководителей головного офиса «Бритиш Петролеум» в Веллингтоне. Он сказал, что не хочет попусту ее тревожить и уверен, что ничего не случилось, но Джон не явился на работу в день, когда должен был приступить к своим обязанностям. В арендованном доме никто не брал трубку. Из офиса послали человека, и тот сказал: непохоже, что в дом заселились люди, хотя Чемберлены оставили там много чемоданов. Может, Сюзанне что-то известно?
– Простите. Я ничего не знаю.
– Точно? Любая информация пригодится.
– Нет, извините. С тех пор как мы попрощались за день до их отъезда, от них не было вестей. Я только знаю, что они улетели в Новую Зеландию с пересадкой в Сингапуре. Джулия говорила, что они хотели показать детям страну; вроде собирались в отпуск, перед тем как дети пойдут в новую школу.
– Ясно. А не знаете, куда они хотели поехать?
– Они не сказали. Кажется, они сами не знали. Просто собирались в путешествие.
– Может, еще что-нибудь вспомните? Что угодно, что могло бы помочь их найти.
– Нет. Простите, я совсем ничего не знаю.
– Ничего страшного. Как я уже сказал, уверен, с ними все в порядке. Скорее всего, Джон что-то напутал с датами. Мы разберемся.
Голос мужчины был бодрым и деловитым, но за его оптимизмом Сюзанна услышала сомнение. Официально пока все было в порядке. Никто не ошибся. Джона ни в чем не обвиняли. Мужчина дал ей свой рабочий номер и велел звонить за счет компании, если от Джона и Джулии будут новости. И сам обещал позвонить, как только Чемберлены объявятся.
Уильям тоже заверил ее, что все это – не более чем обычная путаница. Скорее всего, секретарша неверно записала дату, когда Джон должен был выйти на работу.
– Самое очевидное объяснение обычно оказывается правильным, – сказал он.
– Наверное, ты прав.
Прошло два дня, Сюзанне никто не звонил, и она успокоилась. Пару раз думала перезвонить руководителю Джона – его звали Таунсенд, – но не хотела показаться нервной и зря тревожить людей. Один раз уже подошла к телефону в прихожей с бумажкой в руках и собралась набрать номер Таунсенда, а потом вспомнила, что в Новой Зеландии разница во времени и днем звонить нет смысла. Новозеландцы работали, пока она спала.
На следующий день позвонили из новозеландской полиции. В этот раз к телефону подошла она. Полицейский представился старшим сержантом Гордоном Дэвисом из Крайстчерча. Семью Чемберленов официально объявили пропавшими без вести. На Западном побережье началась поисковая операция.
– На каком острове?
– На Южном [2]. Западное побережье – название региона. В последний раз семью вашей сестры видели в Фокс-Глейшир. Это маленький туристический городок. Они ужинали в ресторане. Официантка опознала их по фотографии.
– Может, они просто отдыхают? Сняли домик?
– Не исключено, но прошло очень много времени, и мы считаем, что это маловероятно.
