– У меня перерыв. Давайте выйдем на улицу, вы не против?
– Конечно.
Сюзанна вышла вслед за ней в переулок между двумя глухими кирпичными стенами. На заднем дворе за зданием кафе в углу валялись мусорные мешки. Невысокий забор доходил до пояса; за ним тянулась трасса, на грунтовой площадке, изрытой ямами, были припаркованы несколько больших грузовиков. Вдали виднелось устье реки. Вид был так себе, не за что глазу зацепиться.
Женщина села за пластиковый столик на солнце и протянула Сюзанне пачку.
– Сигаретку хотите?
– Нет, спасибо. Я не курю.
– Вот и правильно.
Прикрыв зажигалку от холодного ветра с реки, она наклонилась к огоньку, и Сюзанна услышала, как зашипел воздух, когда буфетчица затянулась и выпустила дым из уголка рта.
– Меня зовут Шелли.
– Сюзанна. А на бейджике написано Тина.
Женщина опустила голову.
– Точно. Смеха ради мы пишем разные имена. Надо же как-то себя развлечь.
Сюзанна еще раз показала ей семейное фото и два увеличенных портрета Кэтрин.
– Вы не возражаете, если я буду записывать?
– Пожалуйста.
– Говорите, к вам заходила девушка, похожая на мою племянницу?
– Да. Мне так кажется. Эта девочка на фотке выглядела бы именно так, повзрослев.
– Вы уверены?
Шелли, кажется, обиделась.
– Вам сказать, на сколько процентов?
– Простите. Я не сомневаюсь, просто у меня были ложные тревоги, и не раз. Очень похожа, говорите?
– Ну да. У меня хорошая память на лица. Рот такой же. Глаза. И волосы такого же цвета, только длиннее.
На площадке остановился фургон для перевозки овец. Гравий захрустел под колесами. Женщины повернулись; грузовик вздрогнул и остановился. Водитель вышел из кабины, размял ноги и заковылял прочь.
– Она приходила днем, я точно помню, что это было после обеда, когда толпа схлынула. Но я бы запомнила ее, даже если было бы много народу, уж очень заметно она выглядела. На ней был старый потертый комбинезон и резиновые сапоги, какие носят ребята на мясоперерабатывающем заводе. И волосы торчали во все стороны, как гнездо.
– То есть она выглядела бедной?
– Или как хиппи. Тут их полно. У Вестпорта живет коммуна христиан, блаженных, что вечно улыбаются, но она на них была не похожа. Было в ней что-то необычное. А уж ее малыш – тот сразу обращал на себя внимание, очень хорошенький.
– Малыш? У нее был ребенок?
– Да.
– Ее собственный?
– Думаю, да. Мальчик.
– И сколько ему было?
– Может, месяцев восемь или девять. Около того. Я не удержалась, начала его тискать – очень уж хорошенький. У меня своих четверо, я малышей люблю.
Сюзанна покачала головой.
– Вряд ли это была Кэтрин. Она слишком маленькая, не может быть, чтобы у нее был ребенок.
– Почему же? Вполне возможно.
Сюзанна выведала все подробности. Девочка вела себя тихо. Да, подтвердила буфетчица, возможно, она нервничала. И говорила, как местные. Когда пришло время расплатиться за еду, достала пачку двадцатидолларовых купюр.
– Она приехала на машине? Не заметили?
Шелли затушила сигарету в пепельнице, украшенной ракушками.
– Нет, она ехала автостопом.
– Это она вам сказала?
– Я видела, как она приехала. Как раз выходила покурить. Она там вышла. – Шелли ткнула двумя пальцами в никотиновых пятнах в сторону припаркованных грузовиков. – Сошла с фургона для перевозки овец.
28 апреля 1983 года
Сюзанна оглядела комнату для отдыха в «Грузоперевозках Вебстера». Стены были выкрашены уродливой зеленой краской, рядом с бойлером висел календарь, с которого зазывно улыбалась мисс Декабрь в форме медсестры. В раковине валялись грязные чашки. На столе лежали стопки автомобильных журналов.
– Пойду посмотрю, вернулся ли Шон. Наливайте чай, – сказала молодая секретарша. – В холодильнике молоко есть.
– Спасибо.
Она сидела, ждала и слушала шум грузовиков и мужские голоса со двора. Через несколько минут вошел мужчина средних лет с тонкими рыжеватыми волосами. Сюзанна представилась. Он кратко пожал ей руку; его ладонь была мягкой и влажной.
– Зачем я вам понадобился? – спросил водитель, которого звали Шон Маллиган.
– Хочу расспросить вас об одной девушке, которую вы, возможно, подвозили год назад. Она ехала автостопом.
– А, тогда ладно. Я-то думал, вы из соцслужбы.
– Нет.
– Ну, слава богу. А то я задолжал по алиментам. – Он смущенно улыбнулся и глянул через плечо на открытую дверь. – Вообще-то нам нельзя брать автостопщиков. Политика фирмы.
Сюзанна слышала, как секретарша с кем-то говорит по телефону.
– Не хочу, чтобы из-за меня у вас были неприятности, мистер Маллиган. Я пытаюсь найти пропавшую девушку.
– Она сбежала из дома?
– Не совсем. Ее зовут Кэтрин. Она моя племянница.
– Ясно.
Он закрыл дверь. Они сели за стол напротив друг друга.
– Я иногда беру автостопщиков, знаете, для компании. Скучно просто так кататься, а мне нравится слушать, как люди рассказывают про свою жизнь. Туристы часто попадаются. Откуда только к нам не приезжают.
– Думаю, это было в марте или апреле прошлого года. Вы высадили ее за кафе в Хокитике. Если это были вы, конечно.
Он кивнул:
– Я там всегда паркуюсь, когда останавливаюсь передохнуть.
Сюзанна показала ему фото.
