Долина теней полностью

— Да нет, не в этом смысле, — усмехнулся мальчик. Впереди, в сотне метров, между деревьями он увидел большую поляну. А может, это был конец леса — плохо видно пока что. — Не линейка это, а… как бы тебе сказать? Ну вот смотри: люди иногда покупают себе сундуки. Или шкафы. Куда складывают всякие вещи. Так?

— Ну да, — неуверенно сказала девочка.

— А Берам — он волшебник, — продолжил Джейк, — Он не стал делать себе шкаф или сундук — чтобы кто попало не залез к нему и не украл что-то…

— Как наш папочка, да? — спросила девочка. — Он ведь у плохих дядей и теть забирает ненужные им вещи, чтобы мы потом кушать покупали!

— Да, да, как папочка, — рассеянно согласился мальчик. Уважения к отцу у него не осталось совсем, но говорить об этом с сестрой сейчас было еще рано. К тому же, говорить Лиз о том, что еду как раз-таки домой приносил только Джейк, было сейчас…. Не уместно. — Так вот, Берам заколдовал зеркало…

— Как большой шкаф?

— Да, как большой шкаф…

— Только очень большой шкаф, да?

— Да, как очень большой шкаф, — терпеливо повторил Джейк. — И хранит он в этом волшебном шкафу не простые вещи, а… — Мальчик на миг задумался. Трудно было описать простыми словами понятие «карманное измерение», которое он и сам-то с трудом понимал. — А волшебство. Да, хранит волшебство.

— А где оно? — спросила Лиз.

— Что — оно? — не понял Джейк. Сестра сбила его с мысли своим вопросом.

— Ну волшебство, которое колдун тут запер.

— Оно… Оно принимает вид, например, вот этого леса, — выкрутился Джейк. Кажется, сестра его не до конца поняла. — Например, побывал он где-то, увидел такой лес, волшебством его измерил, потом в волшебный шкаф-зеркало бросил и — оп! У него теперь такой же лес есть.

— Ух ты! Вот это здооорово! — восхитилась девочка. Джейк, сам запутавшийся в своих объяснениях, лишь усмехнулся. — А как отсюда выйти? — спросила она.

— Мы просто вернемся туда, откуда пришли и все, — уверенно сказал Джейк. Другого плана у него не было. До сих пор он шел вперед просто чтобы найти сестру. А вот что он будет делать дальше… пока неизвестно.

— А ты помнишь дорогу?

— Помню, конечно! — снова солгал Джейк. Дорогу он не помнил.

— А папочка не будет волноваться, что мы ушли так надолго? — спросила Лиз. Эта маленькая девочка имела дар задавать неудобные вопросы.

— Не будет, — твердо сказал Джейк. — И вообще — зачем нам домой возвращаться?

— А куда мы пойдем? — с сомнением спросила Лиз.

— Мы пойдем… пойдем… — в голове почему-то всплыли разноцветные шатры циркачей. — В цирк! Да, точно! В цирк!

— А зачем мы пойдем в цирк? — не поняла девочка.

— Не совсем в цирк, — поправил ее брат. — Мы пойдем к циркачам! К артистам цирка.

— Зачем?

— Я подружился с одной труппой — очень добрые и веселые люди, — сказал Джейк. На душе у него скребли кошки. — И они позвали меня с собой. Я им сказал, что когда найду тебя, то предложу и тебе пойти с нами. Они так и сказали: найдешь сестру, пойдемте с нами! Посмотрите на мир, побываете в других городах, чудеса всякие посмотрите.

— Правда? — прошептала девочка. Глаза ее горели огнем предвкушения. — Прям так и сказали?!

— Прям так и сказали, — уверенно кивнул мальчик.

— И мы пойдем путешествовать с цирком?! С всамделишним цирком?!

— Все так, с самым настоящим цирком! — подтвердил Джейк.

— Вот здорово! — закричала девочка. Из ее души напрочь ушли страх и усталость. Она бегала и прыгала вокруг брата, а тот смотрел на нее с рассеянной улыбкой и думал о том, что сначала они выйдут из этого проклятого всеми места, а уж потом будут решать, что делать дальше. Но он твердо знал одно — домой он не вернется никогда и, тем более, не пустит туда свою маленькую сестренку. Он не переживет, если она вновь куда-то пропадет. Обещание путешествия с цирком дало самое главное, то, что им сейчас нужно больше всего — надежду. Яркую, четкую и понятную надежду на то, что дальше все будет хорошо, все у них получится, и что им есть куда идти.

— А у них есть собачки? — спросила Лиз.

— Конечно есть! — уверенно кивнул Джейк, силясь вспомнить, видел ли он там собак.

— А кто еще?

— Медведь, — вот медведя он там запомнил крепко. — Силач, акробаты, фокусники… Много кого. Даже лошадь.

— Самая настоящая лошадь? — прошептала девочка. — С гривой и хвостом?

— Все так, — улыбнулся Джейк. Лиз очень любила лошадей и даже пыталась несколько раз их нарисовать. Живую лошадь она видела лишь однажды — ее провели мимо игравшей Лиз по улице, но это зрелище навсегда запало в ее душу. Джейк тогда не стал говорить, что лошадь вели на бойню, чтобы сделать из нее колбасу, а шкуру — продать. Вместо этого он сказал, что лошадь отправилась в сказочную страну, из которой пришла сюда с единственной целью — пройти мимо маленькой девочки, игравшей с самодельной куклой в грязи.

Лиз тогда очень впечатлилась.

— …С гривой, хвостом, и добрыми-добрыми глазами, — сказал мальчик.

— А мне дадут ее расчесать? А потрогать? А… покататься? — последнее слово она прошептала, поражаясь собственной дерзости.