— Ну, если ты будешь себя хорошо вести и не будешь капризничать, то да, я думаю, что тебе обязательно дадут и погладить ее, и расчесать, и покататься, — серьезно сказал мальчик.
Счастью девочки не было предела: у нее будто открылось второе дыхание: теперь у нее была вполне конкретная цель впереди и в душе зрело четко очерченное желание: увидеть
Но лошадь — вперед.
Много ли нужно для счастья шестилетней девочке?
Лес закончился.
То, что увидел ранее Джейк, было не поляной, а началом холмистого поля: оно тянулось на многие километры прямо, налево и направо. Впрочем, зная особенность этого мира-«лоскутного одеяла», можно было ожидать, что очередной фрагмент «выскочит» уже через пару метров. Расстояние в этом чертовом мире Берама скомкано и исковеркано. По сути, оно даже не влияет ни на что.
Поле было странным: все изрыто и перегорожено. Какие-то длинные узкие, но глубокие ямы, проволока с колючками повсюду, какие-то деревянные и железные штуковины, похожие на большие кривые буквы «Х» и «Ж»… Вокруг не было никого видно, поэтому дети, оглядевшись, аккуратно вышли из леса и спустились в плавно начинающуюся прямо перед ними длинную узкую яму.
— Где мы? — спросила Лиз.
— Понятия не имею, — пожал плечами Джейк.
Резкий свист прервал их разговор: что-то с гулом упало с небес и оглушительно взорвалось, подняв фонтан земли в сотне метров от детей. Джейк и Лиз пораженно замерли, глядя в сторону воронки.
— АААА, МАТЬ ВАШУ!!! ВПЕРЁД!!! — прокричал кто-то у них за спиной. Джейк, не раздумывая более ни секунды, бросился на землю и подмял под себя испуганно пискнувшую сестру. Упав на землю, мальчик отполз к стенке траншеи и попытался сделаться невидимым, незаметным для очередного ужаса этого проклятого мира.
Кто-то перепрыгнул через траншею, и еще один, и еще…. Мимо начали сновать туда-сюда люди, одетые в странную военную форму: она была серой и какой-то бесформенной.
Люди… Да нет, то были призраки: полностью повторяющие внешний вид умерших давным-давно людей, но чуть прозрачные и будто не видящие никого вокруг себя. В сгустившихся сумерках фигуры бойцов чуть заметно светились и мерцали. Каждый из них был рослым и плечистым человеком, с искаженным гневом лицом. В глазах этих людей бушевало столь яростно ревущее пламя, что казалось, будто они способны убивать взглядом, останавливать пули руками и обращать супротив врага саму землю.
Джейку стало страшно и он плотнее прижал к себе сестренку, закрывая ей глаза, чтобы она не видела этих призрачных гигантов.
— Ползут, ползут сюда, твари! — кричали солдаты вокруг. Сколько их было? Десяток? Сотня? Достаточно для того, чтобы заполнить собой всю траншею и еще и бегать по поверхности земли, злобно переругиваясь и проклиная неведомых врагов.
Взрывы теперь слышались почти безостановочно: обе стороны лупили из минометов во все, что вызывало у них подозрение. Послышались громкие — близкие — и глухие — далекие — выстрелы. Быстрее, больше, чаще! Начали строчить пулеметы.
Кто-то начал кричать, но не от злобы, а от боли и страха: жалобно и тоскливо.
На Джейка посыпалась земля. Рядом упала каска с головой внутри. Тот попытался оттолкнуть ее от себя, но руки лишь прошли сквозь призрачную материю, не сдвинув ее ни на миллиметр.
А они ли — призраки? Солдаты ли являются призраками? Может, это Джейк и Лиз — призраки, духи, неупокоенные души, обреченные бесконечно бродить в этом запутанном мире? Что если Джейк и Лиз умерли и теперь, в посмертии, нашли друг друга? Может, мальчик и девочка утонули в болоте? Или девочка погибла в дупле дерева, а мальчик… Что ж, у Джейка было достаточно возможностей, чтобы умереть.
От того он и не может сдвинуть каску.
Но что, если все же Джейк и Лиз — живы? Тогда зачем сражаться призракам? Чего ради? Они ведь уже… мертвы?
— Вперед, Родина за спиной! Вперед, ребята! — кричал человек. Судя по всему, это был командир. Молодой — лет двадцать. А выглядит лет на сорок — вон, поседел весь. Но нет, встает во весь рост, достает из кобуры привязанный шнурком пистолет, вздымает его в небо и кричит что есть мочи!
И падает бездыханным — первую полю он и не заметил. Вторая, впившаяся в грудь, заставила лишь озадаченно опустить глаза. А третья разнесла молодому капитану голову и труп его будто отбросило назад.
— Мы прокляты… прокляты… — Прохрипел кто-то рядом. — Снова и снова…
Послышалась возня: то солдаты начали выбираться из окопов.
— Только не снова, нет, я не хочу… — шелестел голос. Не солдаты говорили — души их, объединенные в общий ропот. Слабый, еле слышный за грохотом боя.
Но в лицах — ни следа малодушия, лишь усталость и горячечная решимость.
— За Родину! Вперед! — кричал кто-то.
И тут все призрачные солдаты закричали. Все разом — будто лавина начала сходить с гор! Гул сотен глоток перекрыл даже пулеметные очереди, а от топота этих исполинов вздрогнула земля. Спрятавшиеся дети с ужасом чувствовали, как дрожит и крошится стенка траншеи, где они нашли укрытие.