Пока мы ехали по вечернему Парижу в сторону бара «Теннесси», мне на телефон пришло сообщение: «Долго будешь дуться? Как же наши игры, я хочу войти в тебя! Фредерик». Романтизмом он никогда не отличался – как говорится, кратко и по делу. То же и с чуткостью. Думал, что я его уже простила? Каким бы идеальным ни был старт, отношения строятся на длинной дистанции. А как все начиналось… Познакомившись в компании общих друзей в караоке-баре, Фредерик сразу взял меня в оборот – между песнями говорил в микрофон: «Что это за милашка на том диванчике», – любую глупость возвышал в ранг значительности, и какую бы защиту я ни ставила, рушил мои блоки харизмой. Бывают такие люди, даже смех которых заразителен. Во Фредерике притягательным было все – он мог увлечь просто хорошим настроением. Это ведь целое искусство – быть до опьянения жизнерадостным и не выглядеть при этом дурачком в нашем хмуром обществе. Высокий широкоплечий мужчина, он окончательно поразил меня своей смелостью – или, точнее, отсутствием страхов. Он и первый-то шаг умудрился сделать безумным, подойдя сзади, пока я пела в микрофон «I want to know, what love is», и подняв меня на руки прямо на сцене, у всех на глазах. Нужно быть сумасшедшим, чтобы думать, что такой трюк сработает. А он и не думал – брал и делал. Почти осязаемая энергетика Фредерика добавляла ему везения и шарма. Ведь триумф любой выходки зависит от исполнителя – его харизма превращает глупость в авантюру. К таким людям предрасполагаются даже урожденные строптивцы, тянутся толпами, вот и меня сразил этот магнетизм, граничащий с сексуальностью.
