Джереми, несмотря на его протесты, немедленно начисто вымыли и переодели, как он понял, в старые вещи Бена. По завершении водных процедур, кстати, обнаружился его цвет волос – золотисто-русый, даже светлее, чем у Бена и Хелен. Да и личико его внезапно оказалось светлым, даже бледным, с десятком рассыпанных по щекам золотистых веснушек.
После купания и ужина Джереми отвели наверх, в комнату Бена. Он, очевидно, до этого жил в комнате один, но, кажется, он был рад нежданному соседу.
– Совсем забыла, – донесся из соседней комнаты голос миссис Хоуп, – замоталась за сегодня. Хорошие мои, у вас родилась сестренка Аллисон!
Девчонки что-то радостно запищали, Джоанна заверила их, что они завтра же пойдут к ней в гости знакомиться… Бен хлопнул в ладоши и улыбнулся.
– Сестренка – это хорошо. Посмотрим завтра на нее…
Джоанна шуганула было детей по кроватям, так как время было позднее, но внезапно снизу до них донесся новый, незнакомый Джереми голос, и вопрос о сне отпал как-то сам собой.
Бен, забыв про все авторитеты (хотя он, вероятно, про них и не помнил никогда), выскочил из комнаты, кубарем скатился вниз и повис на высоком длинноволосом мужчине, который охотно подхватил его на руки. Девочки тут же оказались там же, чуть не повалив мужчину на пол. Женщины тоже сплотились вокруг него, хотя виснуть, конечно же, не стали.
“Хозяин дома”, – понял Джереми, пытаясь получше рассмотреть мужчину. Получалось не очень, куча народу загораживала ему обзор.
А затем внезапно получилось, когда Джоанна что-то прошептала мужу на ухо и указала на мальчика рукой. Мистер Хоуп поднялся по лестнице и остановился перед малышом, который разглядывал его с наивным детским любопытством. Капитан, настоящий капитан, одетый в самую что ни на есть морскую одежду, с длинными волосами и шляпой…
– Здравствуй, – улыбнулся капитан, протягивая мальчику руку.
– Здравствуйте, – пролепетал он, пожимая эту самую руку, казавшуюся ему огромной.
– Так ты, стало быть, в нашем доме новый пассажир? Ну, что ж, добро пожаловать на борт, – продолжал мужчина, по-прежнему приветливо улыбаясь. И почему-то Джереми это совсем не пугало – то, насколько добрыми и приветливыми были все вокруг, хотя казалось бы – так не бывает. Не должно быть, никогда прежде не было…
“А теперь будет”, – безмолвно пообещали глаза миссис Хоуп, поднявшейся следом.
– Энтони, ты говоришь, что заехал всего на пару дней…
– Да, – поморщился капитан, – прости, милая, но возникло одно очень срочное дело, так что мы отплываем завтра же. Но это ненадолго, не волнуйся.
Джоанна улыбнулась:
– Что ты, милый, конечно же, я не сержусь. Однако я вот что подумала – мальчика ведь нужно куда-то пристроить, вряд ли ему захочется быть нахлебником, он же все-таки будущий мужчина, правда? – на вопросе она обернулась к Джереми и подмигнула ему, – вот я и подумала, может, ты возьмешь его к себе?
– На «Джоанну»? – задумался мужчина.
– Ну да. Твой юнга, Джек, ведь уже не мальчишка, а почти что взрослый юноша, да и Том в младших матросах засиделся.
– Обоих повысить, а юнгу взять нового… – задумчиво пробормотал капитан, – мысль интересная. Я обязательно подумаю об этом.
– Ну папа, ну так нечестно! – внезапно со слезами на глазах вмешалась в разговор Хелен, – меня ты в море не берешь, говоришь, нельзя! Почему мне нельзя, а ему можно?
Капитан Хоуп поморщился – видно, эта тема поднималась не в первый раз.
– Так, – хлопнула в ладоши Джоанна, – давайте-ка со всем этим мы разберемся завтра. Дети, вам пора спать. Да и папа устал с дороги. Все, марш по кроватям. Утро вечера мудренее.
После этого они все-таки легли спать, чему Джереми, уставший за сегодняшний день от количества новых впечатлений, был весьма рад.
Он спал прекрасно – без лишних сновидений, крепко и спокойно, хотя засыпать в мягкой теплой постели и было непривычно (зато приятно!), а проснувшись утром, он узнал, что принят в команду «Джоанны».
Они отплывали на закате, и за этот день до наступления заката Джереми успел перезнакомиться со всей командой, уяснить свои обязанности и пару раз попробовать залезть на мачту. Вечером же их провожала вся семья, пришедшая в порт для этого – какая еще семья, он знаком с ними меньше суток! А в душе, маленькой, давно забывшей, что такое человеческое тепло, теперь зажегся огонек надежды – а вдруг?
Не пришла только Хелен, видимо, всерьез разобидевшись и спрятавшись где-то. Капитан Хоуп повздыхал о таком неприятном прощании с дочкой, но сделать ничего не смог – пора было отправляться. Он поцеловал на прощание мать, бабушку, жену и старших детей (белокурая Люси, с которой Джереми также успел познакомиться, хотя и очень вскользь, прощаясь, пообещала папе на правах старшей сестры серьезно поговорить с младшей), затем обнял друзей, также пришедших его проводить – за сегодняшний день он ухитрился успеть стать крестным отцом малютки Аллисон, и приказал поднимать якорь.
Обиженная младшая дочка, впрочем, обнаружилась на борту, в одной из пустых бочек, пару часов спустя.
