Фрэнсис заморгал. Конечно же, они думали об именах, самых разных, но пока так и не сошлись в едином мнении…
Джоанна, улыбаясь, протянула девочку Рози, и та приняла её, осторожно, пока ещё неумело… Взглянула в мутно-голубые глазёнки, выдохнула со счастливой улыбкой… выдала первое, что пришло в голову:
– Аллисон.
Они никогда даже не обсуждали такой вариант, просто не вспоминали никогда о существовании такого имени, и это было странно… У них даже знакомых с таким именем не было, откуда только взялась идея… Фрэнсис, недоуменно хмурясь, подошёл ближе, взглянул на прелестную малышку, которая радостно угукнула при его приближении… Осторожно прикоснулся к головке, покрытой темными волосиками…
И почему-то кивнул.
– Аллисон.
***
– Поживешь пока у нас, там разберёмся, – говорила миссис Хоуп, выходя из полицейского дома и оставляя за собой абсолютно счастливых хозяев дома, – найдём тебе местечко. Может, садовнику будешь помогать, или по дому что–нибудь, а может, вернётся мой муж, и к своим тебя пристроит.
– А это куда? – поинтересовался Джереми, шагая рядом с едва знакомой дамой, которой он уже почему–то полностью доверял. Впрочем, что удивительного, дети чутки…
– Мой муж – капитан корабля, – с гордостью сообщила женщина, – может, ему или кому из его друзей юнга на судне пригодится.
Джереми чуть в ладоши не захлопал. В море! На корабле! Путешествовать!
Джоанна улыбнулась, поглядывая на мальчика, а затем вздохнула, стараясь прогнать нахлынувшую грусть. Мальчик совсем не был похож на Тоби, но при этом чем-то неуловимо его напоминал. Может, слишком взрослым и горьким для ребёнка взглядом?
Джереми шагал рядом с ней, стараясь не подавать вида, что устал. Они прошагали ещё несколько улиц, удаляясь от центра города и приближаясь к его окраине, и остановились у большого красивого дома – чуть поменьше, чем у полицейского и его жены, впрочем. Джереми дернул плечиками, вспоминая это – странно, но полицейский, которого мальчик видел, выглядывая из кухни, внезапно показался ему совершенно не злым и не страшным.
– Мама! – пискнуло что-то неподалёку, и его суть не сбил с ног маленький ураган.
– Хелен, дорогая, аккуратней! – воскликнула женщина, целуя в лоб мелкую, глазастую девчонку. Которая, наобнимавшись с матерью, перевела лучащийся любопытный взгляд на него.
– Не, ну так нечестно, – надула она губки, – вот нам ты с уличными играть не разрешаешь!
– Так, а ну-ка марш домой! – моментально отреагировала Джоанна, кажется, сдерживая смех.
– Ну а чего! – всплеснула ручками девчонка.
Ишь ты, какая.
“Вредина”, – хмуро подумал мальчик, но промолчал – ему нужна была эта женщина, она могла изменить его жизнь к лучшему.
Девчонка продолжала с любопытством разглядывать его, а потом вдруг шагнула вперёд и протянула ему свою маленькую ручку.
– Привет. Я Хелен, а ты?
– Джереми, – пробормотал мальчик, внезапно смущаясь. Голубые глаза этой странной девчонки сияли ярче фонарей в ночи.
– Мама! – прорезал наступившую на секунду тишину другой звонкий голос, чуть менее писклявый, чем девчонкин, и перед взглядом Джереми возник авторитет.
Взрослые взрослыми, но в компании уличных мальчишек авторитет – старший мальчишка, самый опытный и сильный. И строгий взгляд темных глаз мальчишки, который был на полторы головы выше самого Джереми, безусловно, сообщал об авторитете.
Мальчишка окинул новоприбывшего на его территорию суровым оценивающим взглядом, а затем вдруг вполне дружелюбно усмехнулся и тоже протянул ему руку.
– Бен.
– Джереми, – представился мальчик, с восхищением разглядывая старшего мальчика. Он, верно, должен был быть обычным домашним мальчуганом, слабеньким и глупым, но с одного взгляда Джереми понял, что он таким не был. Темно-карие глаза мальчика сияли странным спокойствием и совершенно недетской мудростью, необыкновенным образом перемешанными с искрами веселья.
Джереми продолжал смотреть, но его взгляда он уже не видел – мальчик обернулся в другую сторону.
– Мама, Люси с самого утра не выходит из музыкальной комнаты. У нас скоро кровь ушами пойдёт, ей-Богу, – покачал он головой.
– Ага, – тут же скривилась Хелен.
Джоанна покачала головой, и, ничего не говоря, прошла в дом. Дети последовали за ней.
Джереми все время вертел головой и глядел по сторонам – просто не мог удержаться. Дом действительно был красивым и уютным, и второе, пожалуй, было даже важнее – он был тёплым, там, то есть здесь, жили добрые люди.
Не прошло и минуты, как Джереми окружили пожилые дамочки, которым Джоанна кратко объяснила, кто он. Где-то наверху также мелькнула высокая светловолосая девочка, помахавшая дамам рукой, но так и не спустившаяся. Судя по всему, она его просто не заметила, снова скрывшись в одной из комнат второго этажа, откуда через минуту донеслось бодрое бренчание на пианино.
