Дорога за грань полностью

– Плох политик, что не может вовремя схитрить, приукрасить, а где-то и обмануть. Но мне Измиер врать бы не стал. Если сказал, что убил Триана, так оно и есть.

– Значит, он ошибся. Я тоже знаю, о чем говорю. После исчезновения Триана амдары стали покидать свои дома, уходя в неизвестном направлении. Это не может быть совпадением. Триан жив и собрал свою армию. Моя вина лишь в том, что я не предусмотрела такого его шага.

– Пусть так. Нет смысла спорить. Мне предстоит сражаться с армией Гаэльтрана, а потом и с Сехавией. Добавлять в список врагов еще и амдаров было бы слишком безрассудно. – Он прямо смотрел ей в глаза. – Ты уйдешь отсюда сегодня как можно скорее. Заберешь с собой оставшихся амдаров. Я постараюсь убедить всех, что тебя саму предал кто-то из твоих: не смог изжить в себе ненависть к людям. Любой амдар, которого заметят здесь завтра, будет убит. Разбираться, с тобой он, Трианом или кем-то еще, нет ни времени, ни возможности. На этом все.

Город лишился основной защиты. Трое из четырех ведущих в город ворот остались без створок. Железные петли расплавились так, будто побывали в кузнечном горне, а плотные деревянные брусья сгорели дотла не хуже соломы в очаге. Сотни солдат погибли в ту же ночь. Было это предательством со стороны Эльдалин или делом рук невесть как выжившего Триана – уже не имело значения. Когда-нибудь амдары ответят за это, Измиер наверняка придумает, что делать с этими тварями. Но сейчас их пришлось прогнать, а про их помощь в обороне города – забыть.

Впрочем, долго держать осаду Ниртен не собирался в любом случае. Он был слишком ограничен во времени: и дело не только в сроке, установленном Риоленом, с мальчишкой-королем они бы договорились. Однако Гаэльтран и впрямь мог заключить союз с Сехавией, чего нельзя было допустить. Также лошадники могли добраться до других стратегически важных мест, и тогда станет уже не до мятежной провинции.

Беречь силы некогда, противника нужно напугать, убедить, что мощь Арденны столь же велика, как и много лет назад. Что ж, пожалуй, с этим он справился.

Ниртен никогда не видел живого демона, да и сомневался, что они вообще существуют. Но в одном он был уверен: ни один демон не смог бы устроить такого кошмара. Им приписывались невероятные бедствия, но, если верить жрецам, каждый из демонов владел лишь одной из стихий, в то время как магу были доступны все. А Ниртен привел их сюда сотни, не говоря уже о тысячах воинов.

Магов со всей страны отправляли в Виарен для укрепления армии, собиравшейся дать сехавийцам бой. Она должна была выступить со дня на день, когда появился Риолен со своей вестью о мятеже. Отправляясь в Гаэльтран, Ниртен взял с собой приличную часть этого войска, среди магов стараясь выбирать преимущественно тех, кто учился сражаться в парах и тройках.

Армия Гаэльтрана подошла к стенам города тем же днем, когда ушли амдары. Тот, кто устроил диверсию под покровом ночи, похоже, знал, когда именно стоило это сделать. Сломанные ворота не успели даже забаррикадировать, но выстроить свое войско к бою Ниртен успел.

Он не отправил магов на стены, а вывел их в поле, выставив впереди несколько рядов солдат. Те должны были лишь защищать их и не лезть в бой без надобности. Пока сражались маги, от солдат толку было немного.

Пламя, раскаленные камни, кипящая вода, ослепляющий свет, сбивающие с ног порывы ветра… На гаэльтранцев обрушилось все разом. У них были свои маги, попытавшиеся поглотить стихию, вернуть ее на изнанку, но их сил на это не хватало. Они могли лишь частично ослабить натиск. К тому же среди гаэльтранцев не нашлось тех, кто умел объединять стихии. Там, где на магов лилась с неба горячая смола или тек раскаленный металл, они были бессильны. Рассеять смесь стихий было очень сложно даже для выпускника Академии. И маги противника оставили даже попытки защитить себя и своих воинов: вместо этого сами послали стихии в бой, также ударив всем, чем только могли. Битва была короткой. Не прошло и полудоли, как нападающие отступили, бросив на поле сотни искалеченных трупов и землю, заваленную грудами камней и покрытую черными пятнами сажи.

Попытки вновь напасть продолжались и два следующих дня, каждый раз с тем же результатом.

Отступив в третий раз, войско не вернулось, направившись назад, в сторону Лайфена, столицы Гаэльтрана.

Потери Ниртена были значительно меньше, но все же ощутимыми. А ведь основные бои еще лишь предстояли. Жизнями амдаров, как сначала рассчитывал Ниртен, за возвращение Гаэльтрана уже было не расплатиться. Может ли он позволить себе победить, потеряв половину, а то и большую часть войска?