– Манейры, вы, как я вижу, не местные. Случаем, не из Дианора едете?
– Нет, – ответил Риолен без заминки. – Как раз туда направляемся, а сами из Лиобата.
– Прошу за мой стол, угощу неплохим вином. В этой дыре гости редко бывают, интересно послушать, что в мире творится. Виконт Барли, к вашим услугам.
– Что ж, и нам бы неплохо местные новости узнать, – ответил Риолен. – Я виконт Лард, а это мой оруженосец. Он отличный парень, но не слишком разговорчив, а вот я, чем смогу, попробую удовлетворить твое любопытство. Разумеется, в ответ на такую же откровенность с твоей стороны.
Взяв тарелки, Риолен и Эорни собрались было сесть за стол виконта, стоящий посреди зала, но тот предложил всем пересесть в дальний угол и побеседовать без помех. Правда, единственный стол в том углу оказался занят, но посетители, едва завидев виконта, без возражений освободили места.
– Итак, манейры, какие судьбы завели вас в наши места? – заговорил виконт, едва умостив свой широкий зад на стул.
Риолен еще по дороге сюда прикинул, что можно рассказать в ответ на подобные вопросы. Эорни в это время не спеша принялся за еду. Вид у него был расслабленный, но слушал он явно внимательно.
– Наместник Лиобата отправил выяснить положение на границе, – пожал плечами Риолен. – Стоит ли ждать, что лошадники доберутся до нашей провинции, и не пора ли отправить своих воинов в помощь Дианору.
– О! – собеседник хохотнул. – Я очень надеюсь, что сехавийцы смогут все же прорваться через арденнские крепости. Может, хоть это заставит вашего наместника прекратить глупые сомнения и присоединиться наконец к нам.
– К вам?
– Ну, к Гаэльтрану.
Риолен чуть не подавился куском печеного кабаньего бока.
– В каком смысле?!
– Да вы что, из топей Эвы выползли? В какой глуши живете, что не слышали? Гаэльтран – истинное сердце Арденны. Он и находится в самой середине, и по богатству превосходит любую из провинций. То есть превосходил бы, не тяни из него Виарен все соки. Впрочем, это уже позади, скоро мы расцветем. Любому понятно, что столица должна быть здесь, но, как всегда, все беды от женщин. Кто бы мог подумать, что даже столь великий воин и полководец, как Артан, не сможет устоять перед женской красотой…
– Мне известна эта баллада, – не выдержал Риолен. – Да все в Арденне ее знают чуть ли не с колыбели. Но ты же не хочешь сказать, что и впрямь веришь, будто Артан основал столицу в стороне от родных земель лишь из-за того, что там жила его возлюбленная?
– Ну а как же? Он ведь не зря назвал столицу в ее честь. – Виконт Барли как-то умудрялся обгладывать уже вторую с начала разговора гусиную ногу, не забывать прикладываться к кружке с пивом, тоже уже не первой, но при этом ни на миг не затыкаться. – Я знал множество храбрых рыцарей и даже графов с герцогами, что вели себя в обществе гордо и надменно, но дома жены крутили ими как хотели. Хорошо хоть я не из таких. Хоть и люблю свою Арну, да и кто бы не любил такую красавицу, но попробовала бы мне она хоть слово поперек сказать, живо оказалась бы на улице. Вот однажды, помню…
– Верю-верю, – прервал его Риолен. – Ты настоящий хозяин в доме, не то что тряпка-Артан. Прости, что перебиваю, но я вызвался в эту поездку не для того, чтобы и тут слушать про семейные дрязги. Что там насчет Гаэльтрана?
– О, понимаю. С радостью рассказал бы про ратные подвиги, но кто ж виноват, что в такое мирное время живем! Впрочем, в Лиобате с этим небось еще хуже. Здесь, по крайней мере, турниры бывают. А на охоту хоть ездишь? Вот я, помню, собрался как-то на медведя, свиту, конечно, взял, собак. У меня, знаешь, какие собаки!..
Риолен прокашлялся.
– Ну да, да. О чем я говорил-то?
– Что-то про союз Гаэльтрана с Лиобатом.
– Точно! Ну так я и говорю, здесь Илаан есть, древний и уважаемый род, потомки самих гаэльтов, племени Артана. Веками они жаждали справедливости, хотели править страной, как им и полагалось. Часть других родов поддерживала их давно. Не одно поколение потребовалось на то, чтобы подкупить, убедить или постепенно извести остальных. И вот наконец власть перешла к Фатреду[26], а ваш тупица-Виллард этого даже не заметил. Его сынок оказался и того бестолковее, даже лошадников приструнить не смог.
Король сжал кулаки.
– Не забывайся, Барли, – процедил он. – Я-то, в отличие от тебя, верный подданный Риолена, и такие речи побуждают меня взяться за меч.
Эорни перестал жевать. Выглядел он по-прежнему спокойным, но ощутимо напрягся, готовый в любой миг вступить в бой.
