Сейчас я думаю о том, как было бы досадно, не попадись я вовремя под тяжелую отцовскую руку, качавшую колодезную помпу. Тогда же я вряд ли способен был делать выводы. Даже простейшие. Вроде того, что искусство должно быть выстраданным, причем выстраданным не только творцом, но и зрителем. И что праздника без этого не бывает.
О музыкальных способностях отца и о том, как они проявлялись, не могу не сказать хотя бы потому, что они имели непосредственное отношение к его работе художника, особенно в последний период, когда его абстракции носили характер и даже названия музыкальных композиций.
С детства он имел замечательный, абсолютный слух, который, несомненно, унаследовал от своей матери.
В Ленинграде родители жили в квартире маминого брата Павла — он в то время учился в консерватории. Не имевший никакого музыкального образования отец мог часами простаивать за спиной шурина-пианиста, а когда тот вставал из-за рояля, отец нота в ноту воспроизводил сложнейшие пассажи из только что сыгранных пьес. Впоследствии он и меня поражал тем, как, подойдя к инструменту мог в довольно резвом темпе сыграть октавные пассажи «Кампанеллы» Листа, начало «Революционного этюда» Шопена или целые куски из «Аппассионаты» Бетховена.
Видя такие способности родственника, мой дядя отвел отца в консерваторию.
И что бы вы думали?
Его готовы были принять без предварительной подготовки на факультет фортепиано, но, за отсутствием на тот момент вакантного места, предложили в ожидании такового пока позаниматься в классе гобоя. Отец ходил некоторое время на занятия, но вскоре оставил их, увлекшись другим своим призванием — звукоподражанием. Он даже злоупотреблял им, учась на гобоиста: зная манеру профессора, давши задание, покидать класс и слушать игру ученика из-за закрытых дверей, отец имитировал голосом тембр гобоя, а простодушный профессор в коридоре радовался красоте звука и выразительности фразировки своего ученика.
Думал ли тогда опытный педагог, что вскоре на волне новых веяний его ученик организует один из первых в стране коллективов так называемого джаз-гола — то есть джаза, инструментальные партии в котором имитируются вокальным способом?..
Вместе со своими друзьями-музыкантами отец не вылезал из Большого зала филармонии и таким образом переслушал пропасть замечательной музыки, причем не только в концертах, но и на репетициях оркестра под управлением самых знаменитых дирижеров того времени. Позже он показывал мне осанку, манеры и жесты Николая Малько и Кнаппертсбуша, Фридриха Штидри, Отто Клемперера, знаменитого венгерского пианиста Эгона Петри…
Он знал буквально по партиям многие сочинения мировой классики и часто пытал меня предложениями спеть с ним тот или иной фрагмент на два голоса…
Уже в свои восемьдесят лет отец ходил на премьеры новых сочинений А. Шнитке, как до этого — на премьеры Д. Шостаковича, не пропускал концерты С. Рихтера, Э. Гилельса, В. Софроницкого, М. Юдиной…
К последней он относился с каким-то особым, можно сказать, ностальгическим чувством, вспоминая каждый раз дом на Дворцовой набережной, где пианистка жила в двадцатые годы, белые ночи, распахнутые окна и толпу восхищенных слушателей, простаивавших часами под окнами, когда она занималась, готовясь к концерту…
Многие из музыкальных впечатлений как молодых, так и зрелых лет вступили в перекличку с линиями и красками отцовских композиций последнего периода…
Ю. Хржановский. На Байкале. Начало 1920-х гг.
Слева: Ю. Хржановский. На Байкале. Ворота. 1921 г. Справа: Ю. Хржановский. Бурят-рыбак на Байкале. 1921 г.
Ю Хржановский. Оленья упряжка. Якутские дети 1926–1028 гг.
Ю. Хржановский. Ленинград, 1920-е гг.
Вверху: Ю. Хржановский. Петроградская сторона. Первые работы, сделанные в мастерской П. Н. Филонова, 1924 г. Внизу: Ю. Хржановский. Эскиз плаката «1 мая 1923 года». 1923 г.
Ю. Хржановский. Кружка пива. Пивная. Эскизы оформления к спектаклю «Король Гайкин 1-й». 1929 г.
Мои родители: Юрий Борисович и Вера Михайловна Хржановские. Ялта, 1930 г.
Слева: Ю Хржановский в костюме и гриме клоуна. 1930-е гг. Справа: Ю Хржановский и З. Федорова в сценке «Барышня и хулиган». 1935 г.
Ю. Хржановский (в маске собаки) с артистом А. Матовым в сценке «Разговор человека с собакой». Театр «Эрмитаж», 1938 г.
Слева: Ю. Пименов. Афиша фильма «Женитьба». Ю. Хржановский. Справа: Съемочная группа фильма «Женитьба». Коллаж. 1935 г.
Ю. Хржановский. Эскиз костюма Свахи для фильма «Женитьба». 1934 г.
Ю. Хржановский. Э. Гарин в роли Подколесина в фильме «Женитьба». 1970-е гг.
Ю. Хржановский. Н. Латонина в роли Агафьи Тихоновны в фильме «Женитьба». 1930-1960-е гг.
На съемках «Женитьбы». В центре — Ю. Хржановский в роли Шарманщика, второй слева — Э. Гарин, крайняя справа — X. Локшина. 1935 г.
Ю. Хржановский (слева) и Б. Гурвич на съемках фильма «Женитьба». 1935 г.
Ю. Хржановский и Э. Гарин на съемках фильма «Женитьба». 1935 г.
В группе артистов и командиров. Ю. Хржановский (стоит в центре). Берлин, 1945 г.