Охотник прищурился, и в уголках его глаз заложились морщинки удовольствия. Он усмехнулся, отступил на шаг, и взял какие-то тряпки с небольшой тумбы. Принюхавшись к ним, он удовлетворённо кивнул и бросил пленнику.
- Ганнибал, - сказал он, указывая на себя.
Поскольку это было всё, что сказал в его присутствии вендиго, Уилл усмехнулся, выдав тихое:
- Тарзан.
Позже он будет расценивать свой поступок как крайне безумный, но в тот самый момент это сорвалось с языка само собой, не поддаваясь контролю и логике. Ганнибал замер, изумлённо глянув на человека, а Абель разразился смехом. В несколько шагов вендиго преодолел разделяющее их расстояние, схватил Уилла за волосы и грубо вздёрнул его голову. Грэм зашипел, но его тело было настолько слабым, что сил для ответа или сопротивления просто не было, ровно как в тот день, когда Ганнибал едва не убил его.
- Ещё одна острота, - предостерегающе заговорил вендиго. – И ты пойдёшь по зимнему лесу голый. Понял?
Дождавшись, пока мальчишка изобразит кивок, Ганнибал оттолкнул пленника и развернулся, молча покидая камеру. Абель последовал за ним, а мальчишка подхватил своего пострадавшего друга, после чего так же удалился. Уилл раздосадовано потёр затылок и равнодушно посмотрел на брошенные тряпки, которыми оказалась его одежда.
Когда Грэм оделся, ещё не уверенно держась на продрогших ногах, он сделал два робких шага в сторону открытой решётки, выглядывая в коридор и видя множество камер, подобных той, в которой он находился. Вокруг царила тишина, охраны видно не было: да и зачем она там, откуда всё равно не выбраться живым и здоровым? Даже при возможности покинуть бункер, побег был бредовой идеей - хищники выследят за несколько минут. Внезапно дверь в конце коридора отворилась, и в проёме показался мужчина с тележкой грибов. Он невозмутимо прошёл мимо Грэма, лишь пару раз демонстративно втянул носом воздух и бросил:
- Человек… Это тебя обманула наша малышка Джорджия? Ты забрал её кожу, но я всё равно ещё не могу соединить её с другими посредством грибов… Абель не даёт…
Уилл не стал отвечать. Полным деланного равнодушия взглядом он проводил неприятного ему вендиго и осторожно двинулся прямо по коридору в ту сторону, откуда пришёл грибник, и любопытства ради заглядывал в некоторые камеры. В одной из них другой вендиго складывал трупы своих обнажённых жертв по кругу, затем отходил, долго смотрел, затем наклонялся и менял тела местами. Грэма едва ли не вывернуло вновь от такого зрелища, и он отшатнулся от двери.
- Лучше не подходи, - услышал человек женский голос и обернулся.
Перед ним стояла женщина приятной наружности, а с ней рядом трое мальчишек разного возраста. Самый младший спрятался за мать, опасливо поглядывая на Грэма, а вот старшие детишки смотрели на него, плохо скрывая голод.
- Он собирает картину из людей, - произнесла женщина, указывая на камеру. – Не тут, сейчас он просто подбирает. Если ему понравится твой цвет кожи, то наживёшь своему владельцу неприятностей.
С этими словами она проследовала в ту же сторону, что и мужчина с грибами до этого. Грэм так же молча проводил их взглядом, мысленно отгораживаясь от услышанного, чтобы раньше времени не сойти с ума. А его сознание уже медленно, но верно продвигалось к пропасти.
- Идут за своей долей, - пояснил появившийся следом за ними Абель. – Эти мальчики не её родные сыновья. Они убили свои семьи, а матерью выбрали…
- Я не хочу это слушать, - дрогнувшим голосом перебил Уилл, потирая лоб дрожащей рукой. – Лучше убейте меня!
Отчаяние в голосе человека лишь позабавило Абеля. Он плотоядно улыбнулся и приблизился к Грэму, неспешно втягивая носом воздух и запоминая его запах.
- К сожалению, не могу, - явно разочарованно произнёс он. – Ты принадлежишь Ганнибалу, и ему решать твою судьбу, человек. А я бы повеселился с тобой, уж поверь. Да и Мейсон положил на тебя глаз.
Позже его руки связали крепкими верёвками, а на шее закрепили узел, скрепив его с верёвками на руках. Уилл слышал, что иногда вендиго держат у себя питомцев-людей, которые выполняют любые их пожелания, пока хозяева параллельно с этим отъедают от них по кусочку, и теперь сказки медленно, но верно становились печальной реальностью. Ганнибал явно приобрёл домашний скот.
Когда его вывели на улицу, вдалеке на заснеженном склоне Уилл увидел группу вендиго, которые вели его товарищей в сторону дома. Была среди них Мириам Ласс или нет - он не знал, но верил, что люди доберутся живыми и его глупый поступок будет не напрасным.
- Поешь, - Ганнибал достал из сумки, сшитой из кожи, кулёк и бросил его Грэму. – Хлеб.
Редкие слова, брошенные в его адрес, пока что Уиллом не оспаривались. Он видел, до чего голод доводил пленников и потому принял кулёк, разворачивая его и жадно поедая мягкий хлеб. Вендиго, явно удовлетворённый покорностью, попрощался с товарищами и о чём-то переговорил с Мейсоном и Корделлом.
- Ганнибал, - окликнул охотника Абель на выходе из бункера. – Людоеды с севера снова лезут. Не разгонишь ублюдков?
