В ту самую секунду Грэм словно ощутил замысел хищника. С самого начала он знал, что именно этот вендиго похитил Мириам Ласс, а значит и отпустить её или нет – было решением его воли. И прерывая монолог Абеля, он жаждал лишь одного: сбросить скучный балласт в виде Мириам и заполучить кого-то более интересного и значимого.
- Его, - подтвердил мужчина, тряся указательным пальцем и указывая на Грэма, а затем вновь смачно куснул яблоко. Его голос был приятным, а вот говор довольно странным, с каким-то незнакомым Уиллу акцентом. - И взамен него я отдам им Мириам, – продолжил вендиго. – Живую. Без руки, но живую.
Чужой голод, инстинкты охотников, - всё это медленно сводило ясновидящего с ума. Грэм чувствовал, что на них смотрят только как на еду и видел, что будет, если они откажутся. Если бы их пленители услышали отрицательный ответ, то непременно набросились бы и пожрали их всех, игнорируя аргументы Абеля.
- Я согласен, - кивнул Уилл, мысленно навсегда прощаясь с друзьями, хотя вряд ли кто-то ждал его ответ.
***
Уилла снова вывернуло прямо на пол, и в отличие от первого раза не желчью, а мясом, которое насильно впихнули ему в рот. Двое молодых парней весело рассмеялись, толкая пленника в его же рвоту, что радовало их ещё больше, чем предыдущие развлечения.
После собрания в зале, Уилл больше не видел своих друзей. Его вернули в камеру, где ещё не так давно их держали, лишили даже белья и принялись издеваться, нарочно кормя пленника мясом, а потом рассказывали, кем именно оно было до смерти, и смотрели, как человека рвёт от их подробностей. Грэм отбивался, не желая снова есть сырую плоть, за что его довольно болезненно били в живот, и ослабленный от голода и боли, он не мог сопротивляться, но еда моментально отвергалась организмом.
- Эй, прекратите, - покачал головой Абель, подходя к камере. – Что вы делаете?
- Любуемся, как эту падаль выворачивает его же охранником! – ответил один из мальчишек, продолжая смеяться. – Смотри, Абель. Он как свинья. Валяется в своей же блевотине!
От невыносимой вони, Уилла снова вывернуло, и обида от такого унижения придала ему сил вскинуть на Абеля полной ненависти взгляд. Он был не сломлен, но растоптан, и оттого ненависть разгоралась в душе всё сильнее и сильнее. За время, что он остался без друзей, произошло не так много событий, но их хватило, чтобы юноша оценил в полной мере все свои перспективы. То тут, то там раздавались вопли бедных пленников, то кого-то провозили мимо на тележке, оставляя капли крови следом на полу, то какую-то бедную женщину провели на поводке, заставляя выть, подобно волку.
- Как он воняет, - рассмеялся второй мальчишка и демонстративно зажал нос. – Вонючее животное!
- Мальчики, так не обращаются со скотом, - мягко пожурил их Абель, бросая полный презрения взгляд на Уилла. – Даже с таким вонючим скотом. Ведь теперь он чужая собственность…
Звук тихих шагов отвлёк Абеля, и он обернулся, улыбаясь тому самому мужчине, который выбрал Уилла. Охотник посмотрел на своё «приобретение», затем на мальчишек, а затем вновь на Уилла. Грэм дрожал от боли и холода, сжавшись на полу, и мысленно желал всем самой болезненной смерти. Но к его удивлению его новый хозяин не засмеялся. Он прошёл к молодым вендиго, схватил одного за волосы и с силой приложил его лицом о стену. Второй испуганно отскочил, а Абель поморщился, пока мужчина с силой бил парнишку лицом о бетон. Бросив на пол окровавленного и выплёвывающего свои же зубы парня, мужчина поднял взгляд на Абеля.
- Кому-то сегодня нечем будет есть, - констатировал тот, но быстро потерял интерес к телу на полу. – Сейчас мы помоем его, успокойся. Твой человек будет как новенький.
Второй перепуганный парень тут же притащил шланг, включил напор и направил мощную струю холодной воды в Уилла, смывая с него грязь, а с пола рвоту. Грэм в какой-то момент начал захлёбываться, но напор ослабили, и он смог отдышаться, пока капли воды медленно стекали с него. Выбравший его дикарь сделал несколько шагов в его сторону и протянул тряпку, похожую на полотенце. Дрожащей рукой Уилл принял её, наивно полагая, что это поможет согреться. Быстро вытираться не получалось: руки не слушались абсолютно.
- Имя?
Это было второе, что услышал от своего нового хозяина Уилл. Подняв на него ясные глаза, Грэм замер, пока дикарь оценивающе рассматривал теперь уже свою собственность. В его взгляде не было такого презрения, как во взглядах Абеля и мальчишек, однако там читалось особое превосходство. Видимо даже свою защиту он считал благодатью для смертного и ждал ответной признательности, когда как Уилл ненавидел всех в этом зале, не делая исключений ни для кого.
- Имя? – терпеливо повторил мужчина.
До этого Грэм уже видел, как обращаются с пленниками, давая им самые неприятные прозвища и клички. Собачка, псина, падаль, тупица, и прочие более неприятные варианты. Не желая быть одним из них, дрожащим голосом Грэм выдал тихое:
- Уилл.
