В итоге после этого разговора всю группу замёрзших, перепуганных и уставших людей согнали в бункер, ослепляя яркими лучами прожекторов. С большим трудом Беверли заставила изувеченного Фредерика молчать, а не скулить от боли, и теперь лишь только слёзы выдавали испытываемую им агонию.
Наконец-то свет сделали чуть слабее, и люди, всё ещё щурясь, стали озираться, видя, что буквально окружены вендиго, расположившимися по кругу за столами на диванах и красивых стульях. Они же, пленники, были выставлены на показ, словно в дешёвом борделе, только вот они были не объектами сексуальных утех. Они были свиньями, за которых вот-вот могли начаться торги. Их пленители, вендиго, довольно и плотоядно улыбались, кто-то скалил клыки, а юноша с поднятыми вверх волосами, смеялся, играя пальцами с тростью.
- Смотри, Корделл! – сказал он стоящему рядом гиганту. – А ты говорил, что у нас не будет ужина из человечины в этом году! Деликатес!
Названный Корделлом усмехнулся, восторженно смотря на своего хозяина. То, что юноша со смешной причёской – хозяин гиганта, было ясно по вальяжной позе и манере поведения. На нём были довольно красивые и дорогие одежды, как и на фигуристой женщине, сидящей рядом. На волосах её была укладка, а лицо украшал макияж – лишнее доказательство того, что не столь сильно в привычной жизни разнились вендиго и люди. Разными их делал только рацион. Что больше всего удивило Грэма: кто-то из вендиго был одет стильно и красиво, в одеяния, которые Уилл иной раз видел только на картинках, а кто-то в шкуры и меха, как мужчина, пристально наблюдающий за ним. Охотник смачно откусил большой кусок от яблока и подмигнул Уиллу, намекая, что прекрасно его помнит.
- Наши мальчики доставили нам нечто изумительное! – провозгласил Абель, явно негласный лидер племени или просто хозяин вечера. Он неспешно обошёл сбившихся в круг спина к спине людей, изучая их насмешливым и несколько безумным взглядом, после чего вновь обратился к собратьям. – И теперь можно устроить аукцион… Ведь не так часто к нам приходят… люди.
Последнее слово было сказано с пренебрежением, и Уилл ощутил страх, исходящий от Аланы. Она плотно поджала губы и не дрожала, но сердце её колотилось как бешеное в понимании, что их просто могут заживо изрезать на куски. Фредерик вздрогнул и пошатнулся, а Беверли почти дёрнулась вперёд, готовая в отчаянии кинуться на Абеля, но Зеллер вовремя перехватил её, прижимая к себе и успокаивающе шепча что-то на ухо.
- Мы пришли за другом! – всё же не удержалась и крикнула она. – Мы нарушали договор, так как хотели найти нашу сотрудницу. Мириам Ласс…
- А чего старина Джек сам не зашёл на огонёк? – Абель чуть вскинул брови и рассмеялся. – Струсил? А мы, откровенно говоря, приглашали только его.
- Послушай… - попыталась перебить его Беверли, как внезапно в её бровь прилетел крупный камень.
Девушка вскрикнула, когда брызнула кровь, и пошатнулась, хватаясь за голову; её ноги подкосились, но Зеллер вовремя подхватил подругу, удерживая её на месте. Его суровый взгляд, как у Грэма и Прайса, был направлен только в сторону обидчика – юноши с тростью.
- Мейсон… - со смехом сделал замечание Абель этому вендиго. – Что за нетерпение, дорогой мой?
- Слушай, Абель, я хочу свою долю! – возмутился Мейсон, плохо скрывая раздражение, а его руку сжала сидящая рядом с ним красивая женщина. – Джек не пришёл! Это автоматически значит отказ от соглашения. Так почему бы нам не разобрать эту компанию, как и тех солдат?
Уилл физически ощущал голод собравшихся в зале вендиго, а его сердце колотилось точно так же, как сердце Аланы. И лишь дикарь, хрустящий яблоком, привлекал его внимание сильнее всего другого. Он пугал его и интересовал одновременно. Ведь они были врагами, знали друг друга слишком хорошо, и одному Богу было известно, что взбредёт в голову убийцы. А шрам на животе предательски болел.
- Тогда позволь озвучить моё компромиссное предложение, Мейсон, – продолжил Абель, успокаивающе подняв руки. - Вы все получите солдат, - сказал он своим товарищам. – Их много там, больше двадцати тел. А эту группу мы отпустим, если они проявят благоразумие. Они согласились на переговоры, уже маленькая победа! – голос толстяка звонко задрожал в предвкушении восторга. - Мне нужно, чтобы Джек освободил кое-кого. Мы отпустим вас с миром, вернём одежду, считайте это жестом доброй воли. А Мириам Ласс вы получите, как только Джек отпустит того, кого я попрошу. Вы знаете, - Абель обернулся к людям, смотря на Алану. – Я всегда держу своё слово. Есть возражения? – крикнул мужчина своим друзьям.
Внезапно лохматый охотник поднял руку, но не огласил своего несогласия. Мейсон удивлённо вскинул брови, после чего рассмеялся. По залу прошёл изумлённый шёпот, а Абель широко, даже заинтригованно, улыбнулся. Всем явно нравилось происходящее, и чтобы оно ни значило, для людей вряд ли это было чем-то хорошим.
- Обмен? – с усмешкой спросил Абель у охотника. – И на кого?
- На меня, - внезапно произнёс Уилл под ошарашенные взгляды товарищей.
