Очередное столкновение двух големов сотрясло своды пещеры. Каменная пыль и крошка осели вниз. Элиссу царапнул по щеке осколок. Алистеру на плечо упал булыжник и повредил его, Страж выронил щит и больше не смог поднять. К тому времени големов Бранки осталось двое. Одного Шейла с размаху пнула, и её союзник столкнул его с края. Последний голем попытался напасть на Каридина, но Элисса отвлекла его ударом во фланг. Голем обернулся и махнул рукой — Кусланд отбросило на другой конец пещеры. Подоспевшая Шейла ударом снизу двинула врагу по каменной челюсти, тот пошатнулся и, не удержавшись на краю, упал в огненную реку.
Оставалась только Бранка. Она наступала на Огрена с яростью медведицы. Гном, измотанный предыдущими битвами и необходимостью сдерживаться, начал сдавать. Булава вскользь попала по его шлему, из-за чего у Огрена зазвенело в ушах, и он потерял ориентацию. Затем что-то резко сбило его с ног, и, когда, он снова смог сфокусировать зрение, Бранка занесла над нам оружие, чтобы разбить его голову, как орех.
Булава успела опуститься вниз на пару дюймов, когда сильверитовый клинок насквозь пробил доспехи и плоть Бранки. Оружие выпало у той из рук, Совершенная завалилась назад, обагрив под собой камни, и в последний раз протянула руку туда, где поблёскивала Наковальня.
Так близко…
Бранка закрыла глаза и затихла навсегда.
Элисса стояла над ней с окровавленным мечом. Пот и грязь текли по её лицу, и Кусланд едва держалась на уставших и больных от ударов о камни ногах. Она неуверенно посмотрела на Огрена, но тот даже не взглянул в её сторону, а лишь тяжело вздохнул над телом Бранки.
— Вот дурная баба, — тихо посетовал он. — Так и знал, что эта Наковальня её погубит. Эх…
Каридин освободился от контроля и поднялся. Шейла подобрала жезл управления недалеко от тела Бранки и с размаху забросила в лаву. Кроме неё и Каридина, остался только один голем, который, едва битва кончилась, снова безмолвно застыл в стороне. Живым он давно не был.
Каридин посмотрел на него, затем на Бранку.
— Ещё одна жертва Наковальни Пустоты. Как бы я хотел, чтобы об этом умолчали летописцы. Но цену победы им стоит узнать. Надеюсь, вы расскажете им за меня.
— Что вы теперь будете делать? — спросила Элисса.
— Я слишком пережил свой век. Когда Наковальня будет уничтожена, то я смогу, наконец, обрести покой.
— Мы уничтожим Наковальню, как и договаривались.
— Благодарю вас. Нужно отсечь её от лириумных жил, что питают её мощь, и разбить руны. Сама Наковальня из обычной стали. Полагаю, ваше оружие с этим справится. Но прежде могу ли я что-нибудь сделать для вас в благодарность за помощь?
Элисса не знала. Если она заявит перед Ассамблеей, что нашла исчезнувшего тысячу лет назад Совершенного, её поднимут на смех. Но они могли бы представить им тело Бранки, вот только правда о ней… Элисса не хотела её убивать. Удар словно сам достиг цели, едва Элисса увидела, что Огрен в опасности… Может, Бранка и заслужила, но как это воспримет тот, кто эти годы так стремился отыскать её живой.
— Огрен, как ты думаешь?
Элисса боялась, что он будет винить её в смерти жены, но Огрен, похоже, вовсе этого делать не собирался. Он не слепой и видел, что Бранка всерьёз собиралась его убить.
— Ну, Бранку-то уже не оживишь, — вздохнул гном. — Может, сделать из неё голема?
— Я бы не стал этого делать, даже если бы мог, — ответил Каридин.
— Да, не подумал. Мне тогда ничего не надо. Что ни попроси, всё будет напоминать… вот об этом. — Огрен развёл руками и посмотрел на Стражей. — Нам же ещё надо как-то утрясти дело с выборами, да?
Каридин понимающе кивнул. Он во всей мере понимал, насколько опасен Мор, и как важно в победе участие гномов. Когда-то он создал Наковальню, чтобы остановить Мор, и это принесло вреда не меньше, чем пользы. Теперь настала пора действовать по-другому.
— Слово Совершенного — закон для Ассамблеи, — начал Каридин. — Я выкую корону для нового короля Орзаммара. Отдайте её тому, кому считаете нужным. Не хочу знать ни их имён, ни то, кто они такие. Я и так слишком пережил своё время.
Стальной голем направился к Наковальне и взялся за лежавший там с незапамятных времён молот. Ржавчина изъела его насквозь, и тогда Каридин отодрал свой наплечник, металл которого сохранила от времени заговорённая рунная вязь, и ржавым молотом кое-как выковал для себя новый. Он попросил оставшегося голема сходить к золотой жиле, которую они за века обнаружили в этих глубоких тоннелях, и добыть золото для короны.
Пока они работали, Огрен угрюмо древними инструментами выдалбливал в камне могилу для Бранки, а после похорон долго что-то ворчал над ней и вздыхал. Шейла разговаривала у Наковальни с Каридином. Серые Стражи занимались своими ранами. Они выпили остатки целительных зелий, что было, безусловно, мало для их повреждений, но Элисса оставила немного и для Огрена.
