— Ну? И как Алистер? — хитро улыбнулась она. — Хорошо, наверное, иначе бы не было у тебя такого счастливого вида только что.
— А?
— Не прикидывайся! Ты и он… эти долгие ночи… как оно было, а?
Элисса почувствовала, как краска заливает её лицо, и уже пожалела, что успела наспех собрать волосы.
— Лелиана, нам точно нужно это обсуждать?..
— О чём это вы тут? — выглянул из-за двери заспанный Алистер.
— Ни о чём! — вдруг отвернулась Элисса.
— О своём о девичьем, — невинно возвела глаза к потолку Лелиана.
— Я вам не верю, — сощурился Алистер, но видя, что Элисса готова провалиться под землю, то есть ещё ниже, чем сейчас, добавил, — но уточнять не стану.
Элисса пробормотала что-то вроде «Доброе утро, Алистер» и поспешила скрыться в своей комнате. Лелиана нагло похихикала прямо ему в глаза и тоже ушла. Алистер почесал затылок и подумал, какая Элисса милая, когда смущается, и как на самом деле легко вогнать её в краску. Интересно, что эта монахиня с тёмным прошлым ей тут наговорила? Уж с Алистером-то такое точно бы не прошло.
Страж широко зевнул и сделал несколько шагов по коридору.
— Алистер, с добрым утром, — мягко прошелестел голос чародейки.
— А, доброе утро, Винн.
— Я тут видела Элиссу в коридоре… похоже, вы с ней прямо-таки очень сблизились. Можно сказать, срослись.
— Это слегка преувеличенно, не находишь?
— Что ж. Теперь, когда вы настолько сблизились, тебе пришла пора узнать, откуда на самом деле берутся дети.
— Прошу прощения?
========== Глава 74. Секрет Флемет ==========
Элисса глубоко вдохнула свежий воздух и улыбнулась. После тьмы Глубинных Троп она была счастлива снова находиться под чистым небом, греться на солнце, вдыхать аромат хвои и спать под звёздами.
О том, что произошло на Тропах, рассказал всем Алистер. В отличие от Элиссы, он перенёс это немного легче. Элисса же чувствовала себя непомерно уставшей — физически и морально, и ей требовалось время, чтобы отойти от плохих воспоминаний. Впрочем, свежий воздух и хорошая погода действовали на неё благотворно, а любимый волкодав не переставал приносить ей добычу, которую Элисса с улыбкой всегда оставляла ему. Все её спутники чувствовали то же самое… кроме Огрена, который с опаской и подозрением оглядывал всё: от птиц и пробивавшейся сквозь прошлогодние листья травы до деревьев и ослепительных горных вершин.
— Просто удивительно, что после Орзаммара и Глубинных троп ты не щуришься на солнце, — сказал ему Зевран.
— Да, на поверхности слишком ярко, согласен.
— О, не иметь крыши над головой. Ты, небось, постоянно боишься, как бы не свалиться в это открытое бескрайнее пустое небо, — продолжал пространно Зевран, и Огрена передёрнуло от этой мысли. — Жил ты себе в безопасной спокойной горе, и тут на тебе! Ничего, кроме пустоты, ничего, что помешало бы ей засосать тебя, ничего…
Огрена уже трясло.
— Стоп, ты это… прекрати! Ещё одно слово, и я тебя зарублю!
После этого гном ещё раз осторожно уточнил у Элиссы, действительно ли ему не грозит упасть в небо, и ей пришлось долго заверять Огрена, что со дня сотворения мира ничего такого не случалось, и только после этого гном успокоился и перестал нервно поглядывать вверх. Вместо этого, он стал поглядывать голодными глазами на питомца Лелианы, и та с возмущением одёргивала гнома за его намёки:
— Не тронь Шмоплза!
— Шмоплз? Ты назвала нага Шмоплз?
— И что?
— Не хватало нам тут еды по имени Шмоплз.
— Он не еда!
За время, что отряд провёл в Орзаммаре, в Ферелдене значительно потеплело. Тяжёлые подбитые пухом накидки отправились в сумки, а их место на плечах заняли простые шерстяные плащи.
Шейла после встречи с Каридином стала ещё молчаливей, чем раньше, хотя не отказывалась от разговора, если кто-то с ней заговаривал.
— Так «Шейла» и впрямь было твоим именем, — подумал вслух Алистер во время стоянки отряда.
— Хн! А существо думало, что меня зовут «Кремень»? Или «Булыжник»? А может быть, «Щебень»?
— Э-э, нет. Я просто думал, что тебе имя могли дать и после превращения… Ну и как тебе Орзаммар, Шейла? Это ведь могла быть твоя родина.
— Несмотря на то, что каждый норовит ткнуть в меня жезлом управления, у того места есть определённые преимущества.
— Там есть другие големы?
— Там нет птиц… хотя была одна болотная ведьма, которая угрожала в таковую превратиться, если ей что-то не понравится, — проворчала Шейла.
— А, твоя птичья паранойя — усмехнулся Алистер.
— И нет у меня никакой птичьей паранойи! Это совершенно осмысленная реакция на постоянные мучения в Хоннлите. Я же ничего не могла сделать! Эти воробьи, голуби, вороны садились на меня, вили гнёзда и оставляли свой помёт. Фу! Если бы какая-нибудь добрая душа иногда меня не чистила…
— Тогда разве у тебя не больше причин любить людей, Шейла?
—…Они меня чистили, чтобы потом разодеть как пугало к своему празднику! — голем сердито потопала ногами, отчего земля вокруг задрожала. — Растоптала бы их всех в кровавую кашу вместе со всеми крылатыми бестиями, которых они нарочно приманивали…
