На оклик Элиссы никто не отозвался. Порождения тьмы накинулись на неё. Винн морозной дугой отогнала тёмных тварей от них обеих. Первые ряды обратились в лёд, другие перепрыгнули через них и набросились на людей. Элисса встала перед Винн, чтобы защитить её. Она звала Стэна, но в сумасшедшем вихре на другой стороне крыши не было видно и слышно никого. Удары разили со всех сторон. Доспехи Серого Стража защищали, Чейз прикрывал, оттаскивал порождений тьмы за ноги, бросался на всех, кто подходил к хозяйке, но долго так продолжаться не могло.
Вокруг Элиссы собрались несколько людей и гномов, и их теснили, теснили прямо к урагану! Элисса спиной чувствовала чужеродную магию, та колола маленькими молниями, дотягивалась до костей и чем ближе, тем острее боль. Двое союзников уже пали на её глазах. Порождения тьмы в торжестве издали множественный рёв, он проникал в уши, шевелился неприятной тьмой в разуме. Элисса изо всех сил держала позицию, давила на щит до боли в мышцах, до скрипа в зубах, пока враг колотил по щиту впереди. Сумасшедший ветер позади лохматил волосы, с шеи ручьями стекал пот. Её отталкивали назад, шаг за шагом, всё ближе к смерти.
Впереди мелькнула вспышка. Порождения тьмы отвлеклись, и этим воспользовались люди. Элисса толкнула щитом гарлока, и он повалился на спину. Другие порождения тьмы завизжали и захлопали себя по телу, словно тушили пламя. Огненный шар взорвался в их рядах, обдал жаром и людей, но тут же отступил — Винн наколдовала защитный барьер, и дружественная магия не задела союзников.
— Ирвинг? — позвала она, когда колдовство проредило врагов. За Первым Чародеем стояло ещё двое магов, эрл Эамон со своей стражей и несколько долийцев.
Ураган утих, фиолетовые молнии блеснули в тучах, и всё поле боя снова развернулось перед глазами.
Люди, эльфы, гномы лежали мёртвыми. Перед смертью они схватились за головы и раскрыли рты в невыразимой муке, широко распахнули слезящиеся глаза. Злая магия покалечила тела, уничтожила их разум. Ни храбрости, ни силы духа не осталось с ними в последний миг. Только страх и боль. Смерть стёрла различия между расами. Смерть в крылатом обличии убила их.
Но не всех. Другие ещё сражались. Элисса видела, как Алистер в серебряно-синих доспехах Стража бился в толпе порождений тьмы вместе с солдатами и пропускал всё больше ударов. Каждый новый вдох и взмах меча давались ему всё тяжелее. Лицо блестело от пота. Кашель порой вырывался из пересохшего от горячего воздуха горла. Царапины на броне множились. Влажная ладонь крепко сжимала щит Дункана.
Стэн сражался с гарлоками чуть поодаль. Массивные доспехи скрежетали от каждого движения. Длинный меч звенел от столкновения — от острия до рукояти. Прыткие генлоки пытались запрыгнуть на кунари и повалить его на землю, как мелкие хищники. Стэн вертелся в боевой ярости, сбрасывал помехи. Он перехватил меч за лезвие и тяжёлыми, как молот, ударами рукояти разбивал головы и выбивал зубы всем врагам, к которым успевал развернуться. Но раны мешали. Тело вздрагивало от колкой боли.
Подоспевшие союзники вступили в бой. Ряды порождений тьмы дрогнули. Среди них были двое командиров в рогатых шлемах, но более не было полководцев, которые бы командовали ими всеми. Серые Стражи убили их в городе. Сражение переросло в противостояние двух равных по численности отрядов, но порождения тьмы продолжали прибывать, и вскоре бой превратился в хаос.
Архидемон перелетел в угол и взгромоздился на парапет, который, как обод, опоясывал крышу, камень крошился под его когтями. Широкий разлом в полу отделял его от поля боя. Повреждённая часть крыши чуть накренилась вниз под тяжёлым весом, но драконья туша продолжала грузно восседать на ней без последствий. Длинная тень нависла над полем боя. Архидемон наблюдал. Разъеденные скверной рёбра виднелись на его боку. Из мелких ран струйками стекала кровь. Чешуя лоснилась в свете пламени.
Первый Чародей метнул в его сторону магическую стрелу, та рассыпалась по чешуе маленькими молниями. Архидемон её не заметил, а продолжал зоркими глазами смотреть на битвы Серых Стражей. Он прошептал что-то про себя, Элисса и Алистер через скверну уловили лишь дуновение непонятных мыслей, но порождения тьмы тут же бросили своих противников и одновременно кинулись в атаку на Серых Стражей.
Элисса почувствовала острую боль в боку на том месте, где коготь архидемона разодрал кольчугу. Она припала на колено и непроизвольно занесла меч над головой прежде, чем на него обрушился чей-то топор. Потом давление ослабло, Чейз вгрызся в ногу гарлока, а Элиссу кто-то поднял за локоть. Боль в боку свернулась в одну точку и притупилась. Винн устало оперлась на посох, ладонь дрожала. Седые волосы растрепались, короткие прядки прилипли к лицу. Но чародейка не позволила себе согнуться. Дух внутри придавал ей храбрости и сил.
— Винн, помоги остальным! — крикнула ей Элисса сквозь гвалт разгоревшейся битвы.
