Угу. Я и сейчас, в какой-то степени, понимала. Ведь в Земной истории тоже бывали личности, которые, ради самой светлой цели, топили мир в крови.
Даже если Элис честна в своих намерениях добиться лучшей жизни для женщин, по отношению ко мне она совершает преступление. А добро такими методами не делается. Возможно я идеалистка, но, как по мне, тут либо честно, либо никак.
– Ещё вопросы будут? – перебила размышления Элис.
А я в самом деле спросила:
– Как ты здесь очутилась? Тут ведь защита, через которую даже Эстас пробиться не смог.
При упоминании брата девица удивилась, но лишь на секунду.
– Пешком пришла, – она кивнула на истрёпанные балетки на моих ногах. – От пеших переходов защиту никто не ставит, потому что упрямцев, готовых идти ногами семь часов, нет.
Я эту целеустремлённость оценила, однако восхищаться не собиралась.
– Кстати про Рагара, – вновь подала голос Элис. – Насчёт него не волнуйся, не претендую.
Тут случился незапланированный эмоциональный всплеск. Всего на миг представилось, что командир не заметил подмену и начал рычать на «Нежного» так же, как рычал на меня, и стало дурно. Аж в глазах потемнело.
И это при том, что мне Рагар не очень-то интересен!
– С чего ты взяла, что меня это волнует? – ух ты, а я, невзирая на алхимию, и приврать могу?
Собеседница фыркнула, посмотрел снисходительно.
– Там, на балу, Фрэлия не только его взгляды видела, но и твои. Ты влюблена в его высочество по уши!
Я очень хотела сказать, что это неправда, но язык не подчинился.
– Впрочем, не важно, – махнула рукой Элис. – Хотя я удивлена, что ты на него запала. Ведь ты – моя копия, а я бы не стала симпатизировать такой твари. Именно из-за таких как Рагар, в обществе творится всё самое плохое. Такие как он и делают из нас бесправных молчаливых овец.
Ничего не знаю. Лично я, как продукт своего мира, всем сердцем за равноправие. Но, глядя на эту «близняшку» – некоторым овцам действительно лучше молчать!
Все люди разные и феминистки, как понимаю, тоже.
Но вот что ещё любопытно…
– Ты считаешь, будто Рагар в меня влюблён. А не боишься? Ведь если это так, он обязательно заметит подмену.
Собеседница отрицательно качнула головой.
– Не успеет. До испытания всего несколько часов, а потом ему будет не до симпатий. Кстати, ты уверена, что он бы простил тебе выходку с Источником? Лично я, зная нрав его высочества, нет.
В сердце снова кольнуло. Перспектива потерять любовь, которой у меня и не было, показалась страшнее всех рассуждений «близняшки» вместе взятых.
Элис тем временем отодвинулась и, снова выглянув из-за камня, объявила:
– Ну всё. Пора. Где моя койка можешь не объяснять, найду её по магической метке на вещах.
Объяснять? Вообще-то я собиралась нарисовать подробную схему и выдать не менее подробные инструкции.
Ну а если без иронии, меня бесила собственная скованность. Эта мерзкая неспособность даже подножку гадине поставить. Вот как так? Какой-то невзрачный порошок, и я действительно стала никем.
Второй напрягающий момент – отсутствие Янтарчика. Но тут я не столько злилась, сколько беспокоилась, что если с моим другом тоже что-то произошло?
Зачем я пошла на эту встречу, не дождавшись его!
– Всё, – повторила Элис, и по коже побежали неприятные мурашки. – Ты опасный свидетель, Алиса. Таких как ты обычно убивают, но я дам тебе шанс. Вернёшься в стазис на какое-то время.
Я вздрогнула.
– На какое-то?
– Три недели. Будешь ждать меня здесь три недели, и если я не вернусь, не разбужу, можешь умирать, я разрешаю.
Я нахмурилась, не понимая формулировку, а потом догадалась:
– Ты сейчас обращаешься не ко мне, а к моему телу?
– И к нему тоже, – кивнула… нет, она не борец за права. Реальная маньячка! – Подчиняющий порошок, – Элис щёлкнула пальцами. – Ты, Алиса, войдёшь в стазис без лишних воздействий, сама, по моему приказу. Проснёшься тоже. Если через три недели не разбужу…
– Ты ненормальная! – не выдержала я.
– Возможно, – Элис кивнула и продолжила: – Убить было бы правильнее, но я должна учитывать риски. Если что-то пойдёт не так, если общество не захочет признать мой смелый поступок, то понадобится тот, кто ответит перед законом. В конце концов, это не я обманывала милорда Рагара целый месяц. Я находилась в поместье семейства Озинис, у меня есть свидетели, и технически я не виновна. Суд обязательно это учтёт.
У меня аж рот приоткрылся.
Что? То есть одной подставы ей мало? Она готовит следующую?
– Всё, хватит, – в третий раз повторила Элис. Девица кивнула на углубление в основании камня, на этакую узкую неприятного вида яму. – Ложись. – Пауза, и она продолжила с какой-то особой интонацией: – Ложись. Ты полностью послушна моей воле, и я приказываю тебе погрузиться безвременье. Спи! Если я не вернусь, умри и истлей.
Последний рывок. Что-то внутри заворочалось, яростно сопротивляясь, но алхимия оказалась сильнее. Я покорно легла, уместившись в углублении, и начала проваливаться во мрак. Последнее что увидела – взлетающие под действием магии камни.
Из самозванки и копии я превратилась в надёжно спрятанный, заваленный камнями, почти труп.
