Я и без того понимала, что на мне лежит огромная ответственность, а сейчас и подавно ощутила такой неподъемный груз, что страшно стало. Если прежде до меня это никому не удавалось, почему удастся мне? Впрочем, разве до меня кто-то пробовал? Как там говорится… Глаза боятся, а руки делают! Любое, самое сложное дело, всегда можно одолеть, если просто взять и начать. Сколько ниточке ни виться, а конец все равно будет. У меня много друзей и знакомых, еще больше тех, кому я прежде помогла и кто с радостью вернет долг ответной помощью! У нас получится, обязательно получится, тем более, если сама мать Ролдхара на нашей стороне. Волей или неволей — это другой вопрос. Главное, против воли Повелителя не пойдет. Абелард четко дал понять, что слово Нитаэля — непреложный закон и ни один дракон ослушаться его не посмеет.
— Азалия, скажи, а есть способ Нитаэля вернуть?
— Не гр-русти, м-малышка. Однажды он сам-м появится. Он всегда сам-м появляется и никто не знает, почем-му. Никто не знает, откуда берутся пр-ризрачные др-раконы, кто это и что это. Но раз он стал твоим-м фам-мильяром, цветочек, то не спр-роста. Возм-можно, им-мено ты положишь конец вражде м-между драконам-ми и ведьм-мами…
— Я?
Мои пальцы замерли, коснувшись ошейника с колокольчиком на шее Азалии. Осознание ответственности рассыпалось мурашками по телу.
— Тебе удалось пр-римир-рить Сотхо и Борхес. Дум-маю, ты спр-равишься и с др-раконами! Недаром-м исконная м-магия сделала тебя истинной заклинательницей. Мрр…
Она потерлась головкой о мою ладошку и пообещала, что поможет разобраться в хитросплетении интриг. Что кто-то по имени «магистр» плетет интриги, уже очевидно. Я мельком услышала это слово «магистр» от милорда Ваншайна. Полагая, что я ничего не воспринимаю, он много чего говорил ирду Ламбелиусу на месте пожара… О магистре я слышала. И что он будет недоволен — тоже. А чем?
Напрягла память, силясь вырвать из нее то, что сознание слышало, но не воспринимало.
Кажется, они что-то искали на пепелище. Да, они искали…
— Книга Света! Азалия, где книга?
— В сумеречном мир-ре, вм-месте с Нитаэлем-м.
— То есть, колдунам до нее не добраться. Это уже хорошо. Но и нам тоже.
Кошка мурлыкнула, но не выражала беспокойства. Книга, конечно, важна для ведьм ковена, но куда важнее не допустить, чтобы она в руки врага попала. Нельзя позволить, чтобы колдуны собрали артефакт всевластия. Неизвестно, каких бед они могут натворить с его помощью. Того и гляди, самих Аркхарганов сместят и драконами повелевать вздумают. А это беда. Для всех беда.
В дворцовую библиотеку мы отправились вместе. Азалия — существо древнее, связанное с исконной магией, ей доступно то, чего я не вижу. Вдвоем дело у нас куда быстрее продвинется. К тому же, всегда приятно знать, что ты не одинок. Нет ничего хуже одиночества, особенно, когда тебе как никогда требуется поддержка.
Узнав у стражников дорогу, я подхватила Азалию на руки и, поглаживая бархатистую шерстку, неспешно брела по красивым коридорам. К такому изяществу вряд ли можно привыкнуть. Да и мне никогда не понять, зачем человеку украшать стены золотом и дорогими предметами, когда куда душевнее смотрятся картины, выполненные самыми обычными рукодельницами, без всяких там золотых рам, украшенных вензелями и драгоценными камнями.
Я замерла возле одной из таких картин. Высотой с меня, шириной метра три, никак не меньше. Огромнейшее полотно изображало восхождение на трон императора Аркхаргана. По центру в золотом сиянии его императорское величество с венцом на голове, вокруг летают архангелы с огненными мечами, как благословение власти с Небес, за ним — лорд Тьмы, как сила и оплот власти, поддерживаемой Нижним миром, а вокруг — огромное число знати и придворных, склоненных в раболепных позах. До чего же сложна и мудрена жизнь королевская.
Я усмехнулась, разглядывая полотно, и хотела дальше пойти, но случайно заметила кусочек бумаги, торчащий из-за рамы. Приблизилась, осторожно потянула на себя. Это оказалась записка. Убедившись, что в коридоре никого нет, я спустила Азалию на пол и быстро развернула. В послании говорилось, что графу Братстону надлежит срочно уничтожить доказательства причастности к убийству Раруш Эсмахалион и переместить мальчишку.
Зазвенел колокольчик на груди Азалии.
— М-малышка. Колдуны!
Спешно свернула послание и снова сунула за раму, в потайную выемку. Успела только отступить на шаг и сделать вид, что любуюсь картиной, как из-за угла вышел незнакомый господин.
Кровь от лица отхлынула, особенно, когда он остановился на миг рядом со мной:
— Картина-то какая… красивая, — произнесла едва слышно.
Незнакомец и вовсе остановился. Не он ли доставит послание? А главное, что мне делать? Эстефания в гнезде Абеларда, без нее мне сына Алафлаи не найти. А одна я спасти его не сумею. Владыке говорить тоже бесполезно. Наверняка послание пролежит совсем немного. Вполне возможно, этот господин за ним и явился.
