Я рассеянно улыбнулась, неуклюже присела в реверансе и поспешила скрыться, но Азалия меня остановила. Кошка попросилась мне на руки и, коснувшись мордочкой моего подбородка, едва слышно промурчала:
— М-малышка. М-метку на нем-м поставь. Нехор-роший колдун. Знает что-то.
Я обернулась. Колдун мне вслед смотрел и возле картины стоял. Запомнив образ, я отвернулась и быстро прошептала:
— Aspetus ihos tu!
И после этого быстро, пока колдун не заинтересовался мной, скрылась за поворотом. Метку я прикрепила к ауре, почувствовать ведовскую силу колдун не сможет, но срок действия заклинания, увы, недолгое. Да и мне поблизости находиться нужно.
Добравшись до императорской библиотеки, мы с Азалией укрылись в дальних стеллажах, где нас никто не заметит. Это я по обилию пыли поняла, что книги здесь не самые популярные. Корешки сплошь обросли паутиной и вряд ли сюда кто наведается.
— Я посторожу…
Вильнув хвостом, фамильяр убежал, оставив меня в полумраке библиотеки. Где-то вдалеке слышался негромкий гул голосов, слышный исключительно благодаря куполообразному потолку. Казалось, что голоса кружат где-то наверху, подобно ангелам. Вот бы еще они могли подсказать мне, как правильно поступить.
Отрешилась от всего и нацелилась на помеченного колдуна. Сначала ничего не происходило. Шаги, шаги… Звук открывающейся двери, шорох бумаг. Голоса сперва были невнятные, искаженные колдовской защитой от прослушивания, но магия Борхес деликатная, а в связке с силами Сотхо — очень гибкая. Мне удалось разглядеть на расстоянии сети купола колдовской защиты и обойти их. Часть разговора я прослушала, но самое главное, к счастью, услышать успела.
— …ботает?
— Его нет в столице, и владыка об этом знает. Если Абелард появится, не сказав Ролдхару — это, как минимум, вызовет вопросы. Он копает слишком глубоко, подбирается к магистру.
— А ирд Фаргсон?
— Он и должен обнаружить, что Абелард и есть магистр, — заявил отдаленно знакомый голос. Милорд Ваншайн? Ирд Ламбелиус? Не разобрать… — Так мы сразу двух зайцев поймаем.
— Но сапфировые драконы сразу раскроют иллюзию. Если бы все было так просто…
— Ламбелиус! — перебил Ваншайн. Теперь голос точно принадлежал помощнику главного колдуна. — Не забывай, что с нами мощь ведьминских артефактов и колдовская сила. Алафлая приготовила закрепитель иллюзии. От Абеларда, то есть, от тебя, будет разить ведьминской магией за версту, но никто, даже самый сильный сапфировый дракон, не раскроет твою иллюзорную личину. Самое главное — успей убежать, когда заявится Фаргсон с охраной.
— А, если они будут проворней?
— Придется вытаскивать тебя из темницы. Но постарайся не допустить такого развития событий. И найди эту девчонку, нелепую такую, лохматую…
Тишина, полная непонимания и раздражения.
— Аэлиту Ролдхара.
— Анотариэль Айнари? — предположил еще один голос.
— Да. Вас должны видеть вместе. Странное дело, но народ ей доверяет. Она ошивалась на развалинах лавки не просто так, повынюхивай, возможно ей что-то известно о книге? Неспроста она раз за разом оказывается в гуще событий.
— Не проще убрать Абеларда? Спектакль может не сработать.
— Остолоп! — возмутился Ваншайн. — Будь это проще, сработало бы еще в первый раз. Нет. Очередным покушением мы можем себя выдать. Нужно обезопасить магистра, отвести от него подозрения и, когда Ролдхар расслабится, нанести сокрушительный удар. На турнире ему не выстоять. Магистр его на чешуйки разнесет.
— А я слышал, что владыка вновь обретает над собой контроль.
Снова тишина, но на этот раз наполненная эмоциями тревоги.
— Да, до меня тоже слухи дошли, — согласился Ваншайн. — Ламбелиус, подумай, как убрать с дороги Айнари. Сдается, дело в девчонке.
— Убить?
У меня сердце в пятки ушло, но я не отступала, продолжала слушать.
— Нет, это разозлит владыку и он станет лишь сильнее. Нужно ударить ему прямо в сердце.
— Совратить?
— Уже ближе, но тоже не то. Думай. Но действовать нужно быстро.
— Я вас понял.
Дальнейшие разговоры я мало понимала — они касались рутинных колдовских дел. Защитных схем города, поставок магических ингредиентов, экономических связей и других важных для империи тем. А потом и заклятие стало слабеть, пока голоса не превратились в едва различимый гул и не исчезли вовсе.
Вернувшись в реальность, я судорожно вдохнула, чихнула, наглотавшись пыли и, на негнущихся ногах вышла из-за стеллажей. Едва успела дойти до дивана и рухнула на него.
— Это кошмар, Азалия, — проговорила, глядя в одну точку. — Это самый настоящий ужас. А хуже всего, что я не знаю, что делать!
— Что стряслось, м-малышка?
Кошка запрыгнула мне на колени и, подставив голову для ласки, замурлыкала. Запустила пальцы в густую блестящую шерстку и пересказала суть подслушанного разговора.
— И что мне теперь делать? Я не могу рассказать владыке — он же мне не поверит! И по замку мне теперь лучше не гулять, если ирд Ламбелиус в облике Абеларда заявится, я же не смогу с ним рядом находиться. На мне амулет, увижу я все! Стоит идти к графу? Попробовать найти те самые документы, которые его просят уничтожить?
— Не нр-равится мне это. Совсем не нр-равится.
