— Мне не удалось. Потому что в первый раз не было никакого проклятья. Мне стало плохо, я потерялся в пространстве и начал падать. Но поверь, душа моя. Проклятьем это не было.
— Что же тогда?
— Вот тебе вопрос: как и где я получил сегодняшнее проклятье?
— А что госпожа Венера говорит?
— Повторюсь, что мне любопытно твою версию послушать. Порой юный ум видит и мыслит шире. А порой, просто глубже сует свой очаровательный носик.
Я фыркнула тем самым носиком, который охарактеризовали как очаровательный. Какое завуалированное оскорбление! Но, увы, справедливое…
— Проклятье такой силы могла наложить лишь очень сильная ведьма Сотхо. Возможно, колдун, но без знаний Сотхо… маловероятно. Вот вы сейчас на ведьм грешить начнете, а ведь я сердцем чувствую, что дело здесь нечисто. За Сотхо не скажу, но с Борхес, что талдоха призвала, точно не все так просто, как может показаться.
— И ты знаешь Сотхо, что могла это сделать?
— А вы? Где вы были вчера?
— Ты хотела спросить, с кем? С леди Глендой.
Имя мне ни о чем не сказало.
— Аэлитой. Высокая, худая, копна иссиня-черных волос до самой за… Длинных, в общем, волос, — спохватился дракон и подался вперед, заметив мой изменившийся взгляд. — Что?
— Нам нужно с ней поговорить. Мне нужно с ней поговорить.
— Так, а теперь мы переходим к другому, важному уже для меня вопросу. Скажи, кто перед тобой?
Я замешкала с ответом, не понимая, что милорд имеет в виду.
— Вы… Милорд Абелард? — неправильные ответы. — Дракон?
— Именно. С небольшой поправкой — я повелитель изумрудных драконов. А мы, напомню, неуязвимы и бессмертны.
— С этим я бы поспорила… Жизнь показала обратное.
— Почти бессмертны. Не перебивай, женщина! — он закатил глаза, но говорил без малейшей злобы. Я, признаться, поражалась его способности контролировать зверя. Милорд Ролдхар уже давно пригвоздил бы меня к стенке за подобные расспросы или на цепь посадил, пугая разъяренным ящером. — Это мне следует закрывать тебя своей грудью, мне — умирать за красивую женщину и греметь в истории после героической смерти. Мне, понимаешь?
— Уверена, ваши потомки будут о вас очень хорошо отзываться.
— Невыносимо! — он всплеснул руками и пригладил без того идеально прибранные волосы. — Я о том, душа моя, что люди в моем мире к долгой жизни не приспособлены. Вы же хрупки, как стекло. Удивительно, как вы вообще умудряетесь до старости дожить, — на меня сейчас взирали с откровенной жалостью. Что-то подобное я слышала от милорда Ролдхара.
— Вы это сейчас говорите человеку, спасшему вашу жизнь. Неуязвимую и вечную.
— Дважды, — отмахнулся Абелард. — Но ты, лепесточек, нуждаешься в защите. Особенно, после того, как сорвала планы по моему убийству.
— У меня есть защита. Ваш амулет защищает от магии, госпожи Венеры — от проклятий, а владыки… — я подняла ладонь, рассматривая колечко.
— Успел уже, — Абелард недовольно поджал губы, глядя на кольцо. — Ладно. Допустим, колдовская магия тебе не страшна, проклятия — тоже. Но кто защитит от клинка?
— Вера в то, что все будет хорошо?
Мужчина внимательно на меня посмотрел, а затем жестко произнес:
— Прежде столь тонкой иронии за тобой не замечалось!
— Это не ирония, милорд.
— Ладно. Отбросим глупости. Ты знаешь, что лучшая хранительница для дракона — это его жена? — помотала головой. — Намеков не понимаем. Жаль. Поженимся?
Я смотрела на дракона, ожидая продолжения предложения, но смысл произнесенного никак не хотел до меня доходить.
— Что вы имеете в виду?
— Как бы тебе объяснить. Это когда мужчина и женщина связывают свои судьбы…
— Милорд, я знаю, что такое брак. Я не понимаю, почему вы предлагаете его мне.
Дракон от такого даже рот открыл. Вероятно, мой вопрос выбил у него все аргументы и последующие предложения. Поспешила заполнить паузу объяснениями.
— Вы не похожи на мужчину, который будет хранить верность одной женщине и который способен на серьезные отношения.
— Этот вывод ты сделала потому что… А почему, собственно? — Абелард явно не понимал столь очевидных вещей.
— Милорд, вы… За столько лет вы так и не связали себя узами брака.
— И это говорит о моей неразборчивости? — он приподнял бровь и рассмеялся.
— Нет. Боюсь, это говорит о том, что вы не готовы связывать себя привязанностью к одной женщине. Как и я, вы цените и любите вашу свободу. Она — ваша возлюбленная и супруга.
— Душа моя, ты очень плохо знаешь драконов.
— Увы, имела возможность даже слишком тесного знакомства с драконом милорда Ролдхара, — хищно дернулись ноздри Абеларда и, впервые за все время, я увидела, как опасно медленно его зрачки вытягиваются в тонкую линию, рассекающую изумруд радужки напополам. В такие моменты приходит острое понимание, что перед тобой не человек и что у кое-кого слишком длинный язык. В присутствии человеческой ипостаси повелителя изумрудных драконов я и правда забываю обо всем на свете. Мне так легко с ним, словно мы знакомы всю жизнь. Но эта легкость обманчива. Поспешила исправиться, чувствуя, как ящер начинает нервничать. — С драконом арда Нойрмана.
