В течение первой половины своего княжения в Киеве Ярославу пришлось сдерживать натиск кочевников степей Северного Причерноморья, почти исключительно печенегов, которые уже целое столетие угрожали южным землям Руси и самому Киеву. Ярослав сумел первый раз вокняжиться в Киеве в 1016 г., лишь сломив сопротивление печенегов. А в решающей битве за киевский стол со Святополком на р. Альте в 1019 г. он разгромил соперника, пришедшего «с печенегы в силе тяжьце»[253].
Трудно сомневаться в том, что печенежские ханы и в дальнейшем, в течение 20‐х гг. XI в., нападали на Переяславщину и Южную Киевщину. Но летописцы обошли вниманием их вторжения на Русь в те годы. Поэтому, утвердившись в стольном граде государства, Ярослав уделяет большое внимание отражению печенежской угрозы, укреплению оборонительных линий против степняков. Летопись донесла до нас лишь отдельные страницы подобной деятельности князя. Под 1032 г. «Повесть временных лет» извещает: «Ярослав поча ставити городы по Ръси»[254] (реке Роси). Князь продолжает начатое Владимиром Святославичем строительство длинной (в несколько сотен километров), разветвлённой фортифицированной линии укреплений, защищавших Киев с юга и востока — так называемых змиевых валов[255]. Но и эти совершенные для своего времени защитные сооружения не могли обезопасить государство от нашествия огромных масс печенегов, как это случилось в памятном для Руси 1036 г.
Угроза со стороны кочевнической степи требовала от Руси предельного напряжения сил и больших человеческих жертв: «…Богатырей много подвизалось и полегло в смежных со степью русских областях XI и XII вв. Одно старинное географическое описание Юго-Западной Руси XVI в. изображает одну местность на пути между Переяславлем Русским и Киевом в виде богатырского кладбища: „…А тут богатыри кладутся русские“»[256].
Итак, в 1036 г. с востока в причерноморские степи хлынули волны исключительно многочисленных кочевников тюркского происхождения: торков и половцев. Под их давлением печенежские орды снялись с насиженных мест и двинулись на Южную Русь[257]. Печенеги сумели прорвать недавно возведённые Ярославом защитные валы вдоль Роси и осадили Киев. Битва между печенегами и русским войском произошла вблизи валов города. Ярослав «выступи из града, и исполчи дружину, и постави варяги по среде, а на правей стороне кыяне, и на левемь криле новгородци… И бысть сеча зла, и одва одоле к вечеру Ярослав»[258]. Последний раз киевский князь воспользовался услугами скандинавских наёмников. Печенеги были навсегда отброшены от южных рубежей Киевской Руси. Вплоть до смерти Ярослава (1054) ни они, ни другие кочевники не осмеливались нарушать спокойствие Древнерусского государства.
Внешняя политика Древнерусского государства в княжение Ярослава претерпела принципиальные изменения. Речь идёт о её характере, направлениях, методах проведения в жизнь. Князь пересмотрел традиционное внешнеполитическое направление страны — на Юг, к Царьграду. Это произошло не в первые годы его правления, но раньше, чем вспыхнула русско-византийская война 1043 г. Корректирование внешнеполитических отношений в значительной степени было вызвано внутренними причинами, постепенной заменой «полюдья» более цивилизованными и регламентированными данями продуктами и деньгами, а также развитием экономических связей со странами Запада.
Как известно, походы Руси на Византию начались по крайней мере с 60‐х гг. IX в. (Аскольд в 860 г.). Одним из главных побудительных факторов этих масштабных предприятий было стремление правящей верхушки Киевской Руси обеспечить главный для IX–X вв. рынок сбыта (византийский) для продукции сельского хозяйства и промыслов, взимавшихся с подвластного населения в виде дани в её наиболее примитивной и насильственной форме «полюдья». Поэтому вовсе не случайно в договорах Руси с греками X в., уже в первом Олега 907 г., ощущается последовательное и настойчивое стремление киевского правительства обеспечить права и привилегии русских купцов в Царьграде и других городах Византийской империи[259].
Современник княгини Ольги византийский император Константин Багрянородный описал сборы «полюдья» на Руси и последующий его вывоз на продажу в Византию: «Когда наступит ноябрь месяц, тотчас их архонты (князья. —