По сей день историки дискутируют относительно вклада «ряда» 1054 г. в развитие древнерусской государственности, в изменения политической структуры Руси, наступившие после смерти Ярослава. Большому научному авторитету А. Е. Преснякова наука обязана, на мой взгляд, распространённому и в наши дни мнению, будто бы завещание Ярослава не было обращено в будущее, а отражало существовавшие тогда родово-патриархальные отношения в стране и в княжеском роде. «Цель завета Ярославова, — писал он, — сохранение семейного союза между его сыновьями ради внутреннего мира и единства в борьбе с врагами»[291]. По мнению учёного, «ряд» 1054 г. не установил ни порядка преемственности во владении волостями, ни порядка старшинства в семействе Рюриковичей. С ним согласился С. В. Юшков, заметив, что завещание Ярослава не заложило никаких новых принципов в порядке наследования княжеской власти. Подобный «ряд» мог бы дать Святослав, такой же «ряд» мог сделать и князь Владимир. Правда, С. В. Юшков тонко заметил, что завещание Ярослава регламентирует сюзеренитет старшего брата над младшими, которые теперь поставлены в положение вассалов[292]. Однако начал иерархической сюзеренно-вассальной системы в «ряде» 1054 г. историк не увидел. Завещание Ярослава не внесло ничего нового в политико-административную структуру Древней Руси — считает и современный исследователь[293].
Высказывалось мнение, что «ряд» 1054 г. укладывается в основном в рамки родового сюзеренитета Рюриковичей над Русью — мол, это было ещё не начало феодального сюзеренитета, а сохранение существующего порядка вещей. А разделение Русской земли между братьями и есть главная характеристика порядка родового сюзеренитета[294]. Убеждён, что автор этих слов ошибается. Во-первых, в «ряде» 1054 г. в полной мере обеспечивались права не всех Ярославичей, но лишь трёх старших из пяти, что дополнительно подтверждается свидетельствами некоторых позднейших летописных изводов и «Поучением» Мономаха. Во-вторых, даже лапидарная формула «Повести временных лет» «в отца место» с последующей детализацией может быть естественнее всего истолкована как свидетельство того, что сам Ярослав видел всё же в старшем сыне своего преемника на Киевском столе. В этом, на мой взгляд, состоит новаторство завещания Ярослава. В начале нашего века В. О. Ключевский иначе, чем названные выше историки, оценил вклад «ряда» 1054 г. в развитие государственности на Руси. Он обосновал идею, согласно которой порядок унаследования киевского и других значительных столов по принципу «старшему в роде» берёт начало от этого завещания строителя Русского государства. По убеждению учёного, «ряд» установил и порядок старшинства между князьями[295]. В «Курсе русской истории» В. О. Ключевского проглядывает и мысль, что отношения сюзеренитета-вассалитета в роду Рюриковичей основаны завещанием Ярослава.
Проблема рождения и распространения системы сюзеренитета-вассалитета на Руси привлекла внимание историков главным образом в последние десятилетия. Раньше её либо не исследовали в конкретнохронологическом плане, либо считали, что она присуща отношениям в среде господствующего класса чуть ли не со времени возникновения Древнерусского государства. С. В. Юшков считал, что подобная норма в отношениях среди Рюриковичей существовала ещё в IX и X вв. Правда, он заметил при этом, что «возникновение вассалитета развитого типа нужно отнести ко времени сыновей и внуков Ярослава…»[296]. По мнению А. П. Толочко, ответ на вопрос: когда на Руси установились междукняжеские отношения, основывавшиеся на началах сюзеренитета-вассалитета, — дал сам летописец в рассказе о последних годах жизни Всеволода Ярославича. Историк ссылается при этом на широко известную цитату из «Повести временных лет»: «Седящю бо ему (Всеволоду. —
На другой позиции стоял в своё время Л. В. Черепнин. Он пришёл к выводу, что «ряд» Ярослава воистину был новаторским документом для своего времени и основывался на началах феодальной иерархии, а основу союза между его сыновьями могли составлять принципы сюзеренитета-вассалитета[299]. Этот взгляд учёный развил в позднейшей работе. В завещании Ярослава, полагал он, князей обязали быть в союзе («имейте в собе любовь, будете мирно живуще»), фундаментом которого должны были служить принципы феодальной иерархии. Старший сын Ярослава, которому он завещал свой стол, становился после смерти отца старейшим для братьев как по счёту родства, так и по месту на «лестнице» феодальной иерархии: «Сего (Изяслава. —